Как подчеркнула в беседе с «НГ» старший партнер адвокатского бюро «Сословие» Юлия Стрелкова, тут типичная история: идентичные доводы оцениваются противоположным образом в зависимости от того, какой приговор подлежит отмене. И примеров тому масса: скажем, после поправок в УПК, ограничивающих предмет опроса присяжных, прокуратура добилась отмены множества приговоров из-за того, что участвующие в процессе присяжные якобы скрыли информацию о своем привлечении к административной ответственности. Хотя эти факты никак не влияли на их беспристрастность, заметила она. В то же время для отмены обвинительного приговора, даже если в вынесении вердикта участвовал присяжный, которого вообще не было в списке кандидатов, требуется доказать, что он был пристрастен. Более того, решение о его включении в состав коллегии может быть принято «задним числом».
По словам Стрелковой, такая же избирательность заметна и при оценке выступлений сторон. Суды охотно цепляются к отдельным фразам защитников, но при этом прокурорам позволяют свободно рассуждать о криминалистике и криминологии. Более того, считается нормальным, когда гособвинитель после выступления защитника произносит полноценную речь, заявляя, что «продолжит позже», хотя по закону после защиты возможны только реплики. Самый же яркий пример двойных стандартов, считает Стрелкова, касается работы со СМИ: оправдательный приговор могут отменить из-за комментариев адвоката – и даже привлечь его к ответственности, сторона же обвинения может свободно освещать дело в медиа – и никаких последствий не несет.
@juryverdict 😎