#КиноСуббота

«Венчурный капитал» (Something Ventured, 2011)

Документальный фильм режиссеров Дэна Геллера и Дэйны Голдфайн прослеживает три десятилетия зарождения венчурной индустрии США — с конца 1950-х до 1980-х годов. Перед камерой — сами инвесторы первого поколения: Артур Рок, Том Перкинс, Дон Валентайн, Дик Крамлих и другие, а также предприниматели, чьи компании они финансировали, включая сооснователя Intel Гордона Мура. Через их рассказы фильм восстанавливает историю появления Fairchild Semiconductor, Intel, Apple, Cisco, Atari и Genentech.

Но чем этот фильм интересен и почему попал в нашу подборку?

Отправная точка истории — 1957 год: восемь инженеров уходят от Уильяма Шокли и с помощью финансиста Артура Рока получают деньги на создание Fairchild Semiconductor от стороннего инвестора. Рок предлагает необычное по тем временам условие — долю в компании самим сотрудникам, чтобы результат каждого напрямую отражался на его доходе. Вне методики, но узнаваемо для практики: доля в компании как инструмент мотивации, который работает точнее фиксированной зарплаты.

Метод самого Рока построен на приоритете команды над технологией: он вкладывает деньги в людей, которые делают продукт, а не в сам продукт, и признается, что несколько раз ошибался именно в оценке людей. Это оценка проектных рисков до вложения средств — управление рисками проектов (B4-02 в Методике АЦТ).

Fairchild становится точкой, от которой ответвляются десятки новых компаний: сотрудники неоднократно уходят и основывают собственные производства, включая будущий Intel. Эта цепочка отделений, где знания и опыт свободно перетекают из одной компании в другую, — открытые инновации (K4-02), примененные на практике за двадцать лет до появления самого термина.

Отдельная линия — Дон Валентайн, который вкладывается в Atari и позже в Cisco, когда большинство инвесторов считало оба рынка бесперспективными. Его расчет строился на структуре рынка: кто из игроков контролирует поставщиков и каналы сбыта и где остается пространство для нового игрока. Текущий объем спроса в этой логике был вторичен — оценка среды по логике, близкой к пяти силам Портера (E1-03).

Совсем другой темп задает история Genentech: Том Перкинс и Роберт Свонсон финансируют биотехнологию, у которой нет ни продукта, ни ясного срока получения результата — только гипотеза о том, что бактерии можно заставить производить человеческий инсулин. Дисциплина, с которой выстраивается эта многолетняя работа, соответствует управлению НИОКР (K3-02): цели, бюджет и сроки согласованы с самого начала, хотя сам научный результат никто не гарантирует.

Собранные вместе, эти истории складываются в главный прием индустрии: инвестор осознанно вкладывается в десяток компаний, зная, что большая часть не оправдает вложений, а прибыль нескольких удачных проектов перекроет потери от остальных. В фильме об этом говорят открыто. Это управление портфелем инноваций (E3-03) — практика, которая была тогда единственным способом управлять риском в еще не сложившейся индустрии.

Сегодня эта же логика подкреплена данными: фонды и корпоративные акселераторы оценивают команды и рынки через аналитику и скоринговые модели, но сам принцип портфеля из множества ставок с ожиданием нескольких крупных выигрышей остался прежним — изменился только инструмент, которым инвестор принимает решение.

Фильм дает голос стороне, которая обычно остается за кадром истории технологий: инвесторам, решившимся рискнуть деньгами и репутацией ради чужой идеи. Обычно в центре таких историй стоят изобретатели — здесь на первый план впервые выходят те, кто эти изобретения профинансировал. Без этого решения ни один из привычных сегодня продуктов не дошел бы до стадии разработки, испытаний и запуска.