В продолжение поста про образование в Венеции, сегодня рассказываю про индустриальную Венецию

Рождение из болот

23 июля 1917 года правительство подписало соглашение, давшее старт одному из самых амбициозных промышленных проектов Италии - Порт Маргера.

Главным идеологом был граф Джузеппе Вольпи ди Мизурата — человек, который хотел «вытолкнуть Венецию в современность», преодолев её исключительно туристическое призвание, которое сложилось после падения Венецианской республики в период Романтизма 18-19 вв. (путешественники приезжали сюда смотреть декаданс, разрушающееся былое величие дворцов. Смерть в Венеции - не только роман Томаса Манна, но и существовавший в то время тренд - приехать и умереть вместе с умирающим городом).

Порт Маргера создавали а осушенных болотах лагуны (карта) - прорыли искусственные каналы, проложили дороги и железнодорожные ветки — бонификация пятнадцати миллионов квадратных метров территории.

В 1930-е годы развернулась металлургия — производство алюминия, цинка — и была построена крупнейшая в то время тепловая электростанция в Италии. В годы экономического бума Маргера превратилась в один из ведущих средиземноморских промышленных портов: двести предприятий, сорок тысяч работников, семь миллионов тонн грузооборота в год.

Кризис пришёл с нефтяным шоком 1970-х. Химические гиганты начали сжиматься.

Сегодня в промышленной зоне Порто Маргера работают около 11 826 человек — против сорока тысяч в лучшие годы. Крупные промышленные концерны уступили место сервисным и логистическим компаниям; в 2023 году был закрыт нефтеперерабатывающий завод.

Вклад в экономику

Компании, напрямую связанные с портом Венеции, создают производственную стоимость около 6,6 млрд евро — это 27% экономики муниципалитета.

Для сравнения: прямые расходы иностранных туристов по всему Венето в 2024 году составили 7 млрд евро.

Прямые бюджеты Ca' Foscari и IUAV вместе составляют около 300–350 млн евро в год. С мультипликатором — расходы студентов на аренду, питание, услуги — реальное воздействие на городскую экономику оценивается примерно в 1–1,5 млрд евро. Это важно, но на порядок меньше портового кластера и туризма.

Планы развития: от нефтехимии к «голубым воротам»

ZLS, переименованная в бренд Bluegate, — главная ставка на будущее. К концу 2025 года выданы 20 единых разрешений на строительство на 260 млн евро, и ещё 12 проектов на 380 млн евро находятся в рассмотрении. По прогнозам, за десятилетие ZLS способна привлечь инвестиции на 2,4 млрд евро и увеличить контейнерный трафик на 8,4% в год.

Конкретные примеры уже есть: в апреле 2026 года запущен проект завода по переработке пластика на бывшей территории Alcoa — инвестиции 34 млн евро, около 100 новых рабочих мест. Параллельно развиваются терминал СПГ для питания круизных судов, биорафинад ENI на отработанных маслах и солнечные панели на крышах промышленных цехов.

Порт располагает масштабным инвестиционным планом на более чем 1 млрд евро.

При этом ни муниципалитет, ни регион, ни центральное правительство не рассматривают сценарий полного закрытия порта и допустим, редевелопмента в жилье и офисы.

Одна из причин - нежелание вновь становиться лишь туристическим брендом, желание диверсификации экономики и смыслов. Вторая - крайне высокая стоимость рекультивации земли после вредных производств. Хотя, конечно, проезжая по порту, который состоит из островов, испещренных каналами лагуны, легко представить здесь что-то вроде Копенгагена.

В итоге, Венеция - намного больше, чем туризм. Это мощный индустриальный и студенческий центр Италии и Средиземноморского побережья.