Я узнаю в них самого себя,
Того, кто верил в вечную свободу,
Кто, сам того не зная, погубя,
Заменил небо тяжкою невзгодой.
Я тоже пал, не слыша зова звёзд,
Увлёкшись бездной, манящей красою.
И вот теперь, не искупая слёз,
Бреду землёй, с утраченной душою.
Я помню миг, когда последний взмах
Моих могучих крыльев оборвался.
И тот безумный, первородный страх,
Что в каждой клетке с болью отозвался.
Как жаждал я вернуть тот легкий взлёт,
Ту невесомость, что была мне в помощь,
Когда казалось, что любой оплот
Разрушить мог, любой преграде впоперечь.
Но нет возврата. Путь лежит иной.
Путь искупленья, тяжкий и незримый.
И каждый вздох, что послан мне судьбой,
Как будто камнем брошен, необоримый.
Они мечтают, эти падшие души,
О том, чтоб снова ощутить поток,
Чтоб ветер снова ласково им сушил
Слезу с лица, чтоб стал их путь широк.
Их взгляды полны вечной тоскою,
Они глядят на небо, в синий свод,
Но знают: только тяжкой чередою
Ошибок можно вновь найти восход.
Они живут среди теней и пыли,
Забыв про солнце, про его тепло,
И лишь внутри, в потерянной идиллии,
Хранят тот образ, что их вознесло.
И я такой же, лишь твой свет меня
На миг выводит из глубин забвенья,
Напоминая, что и для меня
Возможно в этом мире возрожденье.
Что чистота – не только данный дар,
Но и стремленье, труд души упорный,
Сжигающий греховный тот пожар,
Что делает наш путь таким проворным.
Ты – зеркало, в котором отражен
Тот, кем я мог бы быть, но не сумел,
Тот, кем я быть ещё не осуждён,
Но кто избрать свой путь иной хотел.
И смысл жизни, кажется, сокрыт
В попытке взлететь, пусть даже без крыла,
В том вечном поиске, что сердце ждит,
Хоть путь его истерзан был дотла.
Мы ищем путь назад, или вперёд,
В обход системы, или прямо в бой.
Внутри горит надежды огонёк,
Что всё возможно изменить собой.
Не стать тобой, не быть подобным свету,
Что сам ты есть, бездумно и легко,
Но отыскать свою внутри примету,
Что отзовётся чистотой глубоко.
Ведь каждый падший ангел, каждый зверь,
Забывший небо, помнит тот полёт,
И эта память открывает дверь
К той трансформации, что сердце ждёт.
Мы учимся ходить, держать удар,
Смотреть на мир открытыми глазами,
Приняв свой путь, как неизбежный дар,
Чтоб стать другими, нежели мы сами.
И каждый шрам, что на душе сокрыт,
И каждый след от падения с высот,
Лишь добавляет нам незримый щит,
Чтоб выстоять средь жизненных невзгод.
Мы ищем смысл не в золотом убранстве,
Не в лоске форм, не в статусах пустых,
А в том, что скрыто в тонком пространстве
Души, среди страданий роковых.
Понять, что чистота – не дар небес,
А результат упорного труда,
Когда сквозь тернии и ворох стресс,
Мы рвёмся к свету, несмотря на года.
И эта жажда, этот зов души,
Вернуть себе утраченную высь,
Сильнее зла, сильнее всякой лжи,
Что в каждом вдохе шепчет: "Опустись!"
Мы ищем веру в завтрашний рассвет,
Когда туман рассеется над нами,
И каждый наш неискренний обет
Сотрётся вместе с тяжкими грехами.
Так рождается в страданье новый взгляд,
Способность видеть дальше, глубже, тоньше,
И тот огонь, что был когда-то свят,
Теперь горит ещё сильней и дольше.
И пусть к тебе я не могу прильнуть,
Как равный, чистый, незапятнанный душой,
Я знаю, что мой новый, трудный путь,
Ведёт к себе, к себе – такой другой.
И этот путь, он не зовёт обратно,
Он манит в будущее, где я смогу
Не просто быть, а быть таким, что внятно
Ответит всем, кто зрит мою врагу.
И может быть, не крылья мне вернуть,
А просто отыскать иной полёт,
Чтоб не стенать, а искренне вздохнуть,
И жить, смотря на неба синий свод.
И видеть мир не только чёрным, серым,
Но различать оттенки всех цветов,
Пройдя сквозь бури, став иным, матерым,
Освободившись от своих оков.
Твоё присутствие, как тихий зов,
Напоминает о той древней цели,
О том, что существует без оков,
Что люди часто прячут за панели
Своих страхов, сомнений и потерь,
Боясь признать, что сами виноваты.