Было:

Ангел на могиле.

А в лесу стоит могила, а на могиле ангел плачет,
Он настоящую любовь свою не прячет.
Не успел хранитель от бед спасти,
И его любимая ушла с совместного пути.
Но разве памятник покажет всю любовь?
Ещë как... Ведь не увидит он ту вновь.
Всë оплачено, каждая слеза — прекрасный цветок,
Их колышит лишь лёгкий ветерок,
У ангела хранителя истëк свой срок.
Вроде каменная статуя в виде посланника, а сколько боли в ней?
Зная историю... Становится грустней,
"Прости, не смог я вовремя придти.
В иной, прекрасный рай улети..."
Пришёл один мужчина, очень печальный на вид,
И лишь безнадёжность в его глазах горит,
Пришел он на могилу и на колени встав,
Руки худые к груди прижав,
Он стал реветь, но потом упал на землю,
Сердце биться перестало и его не стало.
Он лег с преданностью и с любимой в гроб.

Стало:

Ангел на могиле.

В чаще лесной, где шепчутся века,
Стоит надгробие, пронзая тишь и тень.
На нем застыл, склонившись, Ангел-страж,
И слёзы камня льются каждый день.
Его любовь - не скрыть, не удержать,
Она горит сквозь мертвый, бледный мрамор.
Не смог он милую от бед сберечь,
Разлукой стало всё, что было правдой.

Не уберёг он трепетную жизнь,
И путь совместный оборвался всуе.
Как может памятник всю эту нежность скрыть?
Он сам кричит о той, что не увидит всуе.
Здесь каждая слеза - как утренний цветок,
Что колышет лишь ветра легкий вздох.
Хранителя печальный истёк срок,
И мир его безмолвен и жесток.

В изваянии – посланнике небес –
Такая боль, что замирает кровь.
Кто знает повесть, тот в душе несёт
Печаль немую, вечную любовь.
"Прости, я опоздал, я не успел прийти,
Лети же в рай, мой свет, моя звезда.
Ты там одна, а я здесь... на пути
К тебе иду сквозь долгие года."

И вот сквозь чащу, словно призрак сна,
Мужчина брёл, с душою нараспашку.
В его глазах - лишь скорбь, тоска одна,
Печать безнадежности на дряблой рубашке.
К могиле подошёл, упал на колени,
Руками тонкими прижавшись к груди.
И дикий плач, сквозь боль прошедших дней,
Взорвал молчание лесной глуши.

Он рвал из горла стон, а после рухнул ниц,
Как лист осенний, под ноги земле.
Затихло сердце, стёрся свет с ресниц,
И смерть его сомкнула в вечной мгле.
Так он уснул, обняв холодный прах,
В верности к той, что ждала так давно.
Им общим домом стал могильный мрак,
Сплетенье судеб, что теперь одно.