Юлия: про тихое противостояние с начальником [1/4]

Булинг бывает очень разный. Правда. Он бывает местечковым, бывает высокомерным, бывает фамильярным, бывает агрессивным. Он может прикрываться тем, что “я же хочу тебе помочь” и “это для твоего же развития”.
Он бывает явным и, что гораздо чаще, бывает скрытым - или, часто, скрытым от тех, от кого надо его скрыть, а для других вполне очевидным. 

Я хочу сделать разные разговоры, потому что ситуации бывают совершенно разные.
В интервью с Л., например, куда меньше был фокус именно на коллег, и куда больше на политики и поведение самой компании. А в других историях, наоборот, отношения играли главную роль.

Есть компании, большие очень, где очень сложно что-то конкретное сказать о культуре, потому что есть некие общие постулаты, а потом как попадешь. Попадешь на хорошего менеджера или старшего менеджера, и коллег - отлично. А на хорошего партнера - вообще прекрасно. Попадешь на человека, который будет тебя двигать и тебе помогать - так и 5 лет можно проработать, и 10. А попадешь на какого-нибудь нехорошего человека, или в соковыжималку, или и то и то - и год, два и все.

В общем. Это разговор о скрытом булинге с далеко идущими последствиями.

- Первый вопрос всегда стандартный. :) Кем ты работаешь? 
Я работаю в корпоративных финансах. Всегда в них работала, и всегда в международных компаниях, в российских никогда не работала. Сектора были разные - телеком, фарма вот сейчас. “Попрыгать” между разными секторами мне всегда было интересно, и моя работа это позволяет.

В Испанию, где я сейчас живу, меня перевела компания. Я пять лет отработала в  московском офисе, где было человек 60-70, а финансовая структура состояла из меня, финансового директора и еще 3 бухгалтеров. Был момент в самом начале моей работы, когда нам поставили начальника-иностранца, который позволял себе орать на подчиненных, после чего я ушла - а потом его убрали, и вернулась.

В российском филиале расти было просто некуда, и я поэтому спросила, нет ли возможности перевести меня куда-то за границу. Изначально мне предложили позицию в Мадриде, но пока документы делали, решили, что будет офис в Барселоне, который тогда только-только открывался, и куда отовсюду свозили специалистов.

В Москве преимущество было в том, что к нам очень часто приезжали региональные директора, и я близко общалась с региональным менеджером, который занимался восточной Европой. Он и был тем, кто начал двигать проект моей релокации. В Барселоне поскольку офис только строился, он хотел, чтобы я поучаствовала в построении финансовой структуры там. Интервью было, но довольно лайтовое.

На тот момент, когда я переезжала, мне было всего 25.