Четвертая часть трех лет и ещё один гигантский рычаг перемен — люди. Самое сложное (потому что каждые отношения — это что-то особенное, где нужны свои настройки) и самое неизбежное (потому что отношения с людьми нужны нервной системе для корегуляции, а также — я за тем и уезжала, чтобы получить доступ к самым разным людям, чтобы знакомиться, слушать, записывать диалоги в канальчик и думать).

Я познакомилась с сотнями людей и раз за разом старалась переложить знакомство в дружбу — но иногда обнаруживала, что нам не по пути. Недавно вспоминала случаи, когда дружеская химия совершенно точно существовала с обеих сторон, но по каким-то объективным причинам сближаться не получалось: то время, то разные интересы, то разные расписания и активные часы дня, то отсутствие свободного пространства внутри или в планах, то дети, то учеба, то здоровье, то политика, то религия, то партнеры. В общем, как обычно, как и во всех других местах и временах. Но куда более интенсивно, потому что я переезжала в одиночку и довольно быстро меня начало накрывать от изоляции между работой и немецким — а в Берлине одиночек много и мы все знакомимся, а там уж как пойдет.

Были подруги, которые в меня влюблялись, мы не могли оставаться на дружеском уровне после этого события, так что теперь не общаемся. Были люди, с которыми я, скрепя сердце, разрывала отношения, потому что хотя они очень классные, места в их жизни на меня не оказывалось, а встречаться на модный бранч раз в три месяца для меня не дружба. Я выходила из групповых чатов и переставала ходить на мероприятия. Я присоединялась к многим книжным клубам, чтобы потом выйти из всех, кроме двух, и участвовать в них регулярно.

Столько вопросов было задано себе и другим: о потребностях и возможностях, о прямой коммуникации и вежливости, о скрежете детских травм друг об друга и о культурной совместимости. В некоторые отношения длиной в год вместилась целая совместная жизнь. После некоторых отношений долго потом что-то болело внутри. Кто-то уезжали, кто-то женились, с кем-то передоговаривались, кто-то переосмысляли.

Я много раз что-то неправильно истолковывала в чужих культурах, стыдилась поспешно ляпнутого, задавала дополнительные вопросы, плакала и приносила темы к терапевтке. Давала второй шанс, старалась щедро предполагать намерения другой стороны, уставала ждать, старалась смотреть на дела, а не на слова, объясняла свою позицию и надеялась на лучшее. Не могу сказать, что хорошо разобралась в чужих культурах, но совершенно точно лучше поняла свои ограничения и натренировалась вести разговоры на сложные темы. А также обзавелась прекрасными, редкими, особенными дружочками.

Я сварганила себе несколько кругов поддержки: онлайн, офлайн, поближе, подальше, на русском, не на русском. Научилась держаться на разной дистанции от людей в зависимости от того, кто на что способен и у кого какие потребности. Ушло на это какое-то гигантское количество сил. Я в результате чувствую себя увиденной и услышанной, а также отпустила всё то, чего по разным причинам не случилось.

(место для шутки о том, что даже если не состоишь в Берлине в полиаморных отношениях, коммуникацию и процессинг всё равно накачаешь будь здоров)