Протокольная эмиссия

К счастью, кредит это не единственный способ создания новых денег. Блокчейн-протоколы проводят эмиссию иначе: через правила, записанные в коде. Обычно в виде награды для тех, кто поддерживает работу системы (майнеров, стейкеров и т.д.).

Майнинг биткойна у многих ассоциируется с добычей золота: работа, требующая доступа к энергии и специальному оборудованию позволяет претендовать не только на комиссию за переводы внутри сети, но и на часть новых монет, пока эмиссия проводится. Еще до прошлых хайпов я критиковал этот способ эмиссии из-за отсутствия теперь уже знаменитого фактора — "шкуры на кону": PoW майнер не зависит принципиально от устойчивости всей сети, у него нет заблокированных на ней ресурсов (стейка) и поэтому, как я считаю, таким майнерам нельзя давать статус лиц принимающих решения на уровне всей экосистемы. Но стоит признать, что механизм вполне неплохо живет и в текущем виде, а его консерватизм выполняет свои полезные функции. Несмотря на то, что эта эмиссия не эластична и не зависит от спроса, состояния рынков и прочего контекста, она позволяет таким образом "запечатывать ценность", которая может использоваться в качестве аналога товарных денег и, вероятно, одним из резервов для децентрализованных финансов.

Как я уже упоминал, для меня современный эфириум выглядит значительно интереснее. Премия стейкерам минус сжигание части комиссии за транзакции позволяет чистой эмиссии становиться в моменте положительной или отрицательной в зависимости от сетевой активности. Де-факто это упрощенная, но функционирующая автоматизация монетарной политики: итоговое количество монет в системе корректируется использованием сети. Не кредитно-эластичное, но и не константное.

Но не стоит забывать, что тем и прекрасен мир криптовалют, что он не ограничивается лишь известными и уже существующими крупными игроками. Сотни проектов создают собственные токены: кто-то использует существующие блокчейны, кто-то создает свои. Какие-то экосистемы, вроде Polkadot, создают фреймворк для создания собственных цепочек, совместимых с другими благодаря следованию общим протоколам. Каждый такой проект может обладать своим набором характеристик: правилами эмиссии, утилитарностью и экономикой. Это нечто среднее между деньгами и биржевыми активами: протоколы «майнятся», перетягивают на себя часть долларовой ликвидности, конкурируют за пользователей и капитал. Одни проигрывают, и ценность перетекает к конкурентам или обратно в фиат. Другие выживают и наращивают органический спрос через реальное применение (расчёт, вычисление, хранение). Это ближе к хайековской «конкуренции частных валют», чем стейблкоины, но с существенной оговоркой: большинство этих «валют» ведут себя как капитал в инфраструктурных проектах, а не как средство обмена. Зато многие криптоактивы уже не так легко обвинять в только лишь спекулятивном назначении, не обнаруживая свою ограниченность.

Протокольная эмиссия не заменяет кредитную эластичность, но она создаёт базовый денежный слой, аналогичный золоту в эпоху золотого стандарта. Протокольные токены являются чем-то вроде резервов, обладающих собственной ценностью благодаря менгерианским или харталистским принципам, описанным в первой части, а DeFi слои поверх могут создавать принципиально новые финансовые решения. В том числе, связанные и с миром фиата, и с активами из "реального мира".