Продолжаю утверждать, что цензура - это зло. Цензура - обоюдоострый меч. Единственное, что допустимо, это временная цензура: например, цензурные ограничения до января 2027 года, которые вводятся в рамках, пардон, режима ЧП. Ибо в противном случае это будет противоречить Конституции страны. Да, это несовершенный документ, но реформировать его не нам, и точно не с отмены статьи 29.
- Когда мы победим либералов, мы по древним традициям заберём их скот и жён. - С жёнами более-менее понятно, но куда мы денем скот, всех этих Быковых, Шендеровичей, как там её, Горалик. - Горалик, кстати - она или он? - Затрудняюсь ответить, но такую ответственность я на себя принимать не хочу, годы не те. Можно ограничиться только женами?
(Из подслушанного разговора двух членов Союза писателей России в кулуарах Думы)
Всегда в этот день я вспоминаю свою бабушку Татьяну Николаевну, пережившую обе блокадные зимы и лишь в марте 43-го эвакуированную со своей дочерью, моей тетей Эммой, по льду Ладожского озера. Когда я был маленьким, в городе было еще много блокадников. Но что всегда поражало, и чего сейчас нет, это когда приезжаешь куда-то на юг и говоришь, что из Ленинграда, то всякие бабушки со словами "Ох, мои родные!" сразу пытаются накормить. Эхо блокады отразилось и на мне. Мама моя родилась в 45м, бабушка зачала ее еще в крайней степени истощения, а родила, будучи еще сильно астеничной. Старые и опытные дантисты узнают наше поколение; раньше говорили "блокадные внуки". Нынешние, конечно, дальше прошлого года анамнез не считывают.
Бабушка о блокаде говорить не любила, как я ее не провоцировал. Страшное было время. Этот подвиг ленинградцев, эта огромная жертва, этот миллион с лишним умерших от голода людей, вопиют к нам. Мы не имеем права допустить возрождение человеконенавистнического надгосударственного зла. Этому зло безразлично "эллин или иудей", оно питается болью и ненавистью. Мы должны вновь стать единым народом, чтобы победить инфернальную природу этого зла, забирающего души и отравляющего кровь целых континентов. И мы победим. Или погибнем.
Видимо, в тумане войны контуры нашей победы стали уже различимы Врагу. Пишу с заглавной, потому что речь о Враге, а не о нынешнем случайном, по меркам истории, противнике. В который раз тяжелый котел прошлого по необъяснимым для сплотившегося в помощи фронту народа, ставят на огонь, и начинает бурлить кровавое варево русского национального борща. Борщ этот давно скис, протух и жизнь в нем не заведется, сколь ни грей, сколь ни гальванизируй. Это, в принципе, давно ясно русским, единожды совершившим грех братоубийства, но после вновь спаявшимся в единый народ в горне Великой Отечественной Войны.
Нынешнее братоубийство тем ужаснее, что в основе его даже не мировоззренческие расхождения, не соседская обида или купеческая выгода, а просто воля все того же Врага. Кто он? Тот, кто получает выгоду от войны сейчас и получит ее в случае нашего проигрыша в будущем. Инвестиции в войну между русскими на внешней границе России уже оправданы. Бюджет США наполняется невиданными темпами, что говорить о счетах тех, кто стоит над правительствами стран-концессионеров. Кто они кстати? Да наплевать, честное слово. Хоть Ротшильды, хоть фиготшильды с непроизносимыми именами.
Наша Победа им совсем не нужна сейчас, но они готовы ее стерпеть в будущем, как очередной повод для будущих войн и, соответственно, обогащения за счет смертей неприятных русских и лишних европейцев. Кто там в Европе лишний? Да все до границ Германии, Австрии и Италии. Поляки? Этими можно пренебречь. Их никогда не любили, слишком ревностые католики. Даже греки с их надоевшим всем православием не нужны, в будущем ими можно пренебречь. Рим (пардон, Ватикан) в очередной раз готов к экспансии. Нужны крестоносцы. Поляки вполне подойдут на эту жертвенную роль.
Но кто бы не являлся конечным бенефициаром войны, он Враг русским и враг России. Потому, когда из закрепов на берегу Днепра внутреннему пехотинцу стали видны испуганные лица панов на польской границе, Враг заволновался. Нет! Слишком рано! И в рацион русских вводится тот самый протухший борщ из белой курицы и красной свеклы: нахлебаются и отравятся взаимной ненавистью.
Нам нужна диета. Диета информационная, диета эмоциональная. Я бы даже сказал, что нам нужен пост, строгое соблюдение которого поможет услышать в себе за воплями зажравшегося Эго тихий шепот Создателя.
Нет больше никаких красных и белых! Нет! Нет и не будет никакого коммунизма, нет и не будет Императора и сословий. Нам не дано предвидеть будущее, но чтобы оно наступило для всех нас, для нашего богоспасаемого Отечества, следует избавиться от "детской болезни левизны" и подростковых прыщей "правого" дискурса. Хватит! Уймитесь!
Впредь всех, кто с пеной у рта агитирует хоть за красных, хоть за белых, ныряя всякий раз в глубину этого тухлого борща, я считаю или врагами или дураками. Идите господа и товарищи в баню с медным тазом.
Пока наш автомобиль ремонтируется правильными людьми, у которых руки растут прямо из мозга, с горечью думаю: почему я, в конце концов не специалист по травматизируемому фем-письму!? Сидел бы сейчас где-нибудь в Риге или в Тбилиси и пил бы лавандовый раф, а не это вот всё... А в это время "новое поколение внешнее высказывание чаще замещает внутренним, имманентным" и рассчитывать на него не приходится, ибо все похерят или засрут. А если их "амбиции выйдут за границы личных репрезентаций (что тоже может быть продуктивной стратегией, как показывала история)", то вообще, сливай вода и туши свет.
... в пору молодости. Но что не понимал тогда и, ныне переслушивая, удивляюсь популярности в кругу моих гражданствующих товарищей, так это "Гражданской обороны" и "Сектора газа". Видимо есть в этом нечто, что моему уху и чувству стихотворно-музыкальной гармонии не синфазно. Раньше бы я просто сказал:"Да говно это все... " и манул рукой. А теперь вот это "не синфазно". Кстати, всякие "Вста-а-а-анем" в моем понимании не далеко ушло от столь же пошлой "Небо славян" Кинчева. И чтобы уже окончательно совершить камин-аут: Башлачева вашего слушать невозможно, читать тоже.
Давно заметил, что о лете лучше пишется зимой и наоборот. О дожде - в засушливый год, о любви, спустя годы и годы, а о друзьях после их похорон. Так и о войне мне, наверное, легче будет написать, когда наступит мир. Нынешнее злое и яркое время для меня сразу и нечто больное, неумещающееся своей тяжелой тушей в короткую память, но одновременно и духоподъёмное, гальванизирующее человеческое во мне. По нему, возможно, я позволю потом себе всерьез тосковать. По времени, по этим людям в пограничье любви и ненависти, по особому эху от звука далекого ночного боя, в котором не участвуешь. Тосковать по своему яростному желанию уберечь хоть кого-то, хоть кому-то помочь вернуться домой живым и невредимым. И даже по чувству собственного бессилия и малости в этой тектонической магме, прорвавшейся через разлом между прошлой нашей глупостью, благодушием, пошлой буржуазностью и оказавшейся такой жестокой и злой реальностью. Но это потом. А пока я в дороге. Я просто перемещаюсь в пространстве и времени: от себя прошлого к себе будущему, какому мне суждено стать после всего. Ну и чтобы сбить градус пафоса: всегда забирайте из номеров гостиниц, где вы по трассе М4 останавливаетесь, мыло и шампунь; ибо в следующей гостинице их может не оказаться.
Едем с Брахманом (поэт Алексей Яковлев) по темной и туманной М4 и чтобы не уснуть, развлекаем друг друга чтением новостей. Вначале почитали Российскую газету, потом принялись за Forbes. Какие-то перцы там мутят некую франчайзи. Я все это хорошо поставленным голосом декламирую, как вдруг Брахман орет на весь салон:"А вот хрен им!" "Чё эта хрень, - удивляюсь , - думаешь наши скинут буржуев раньше?" "Не, - со знанием дела заявляет Брахман, вцепившись в руль и выглядывая в тумане габариты идущей впереди фуры, - их сейчас по закону о Русском языке нахлобучат. Нельзя по иностранному называть то, что можно по русски". И точно, сеть эта «Фуд сити экспресс» прямо напрашивается на показательную порку. Так и хочется коленом им под зад на всякий случай. Надо им посоветовать срочно переименоваться в "Стремительную городскую жратву". А что? Отличный нейминг, на мой взгляд. Вполне семейный формат.
Заехали по дороге домой на чашку кофию в Новый Свет к прекрасной русской поэтессе Ольге Хохловой. Пережидать нашу питерскую зиму в Крыму - это высокий стиль. После победы надо эту тему провентилировать. Пахнет кипарисами, самшитом и всяким остальным. Море теплое + 9 ° теперь главное, мост переехать.
Друзья! Все это, благодаря вашей посильной помощи. Мы смогли в этот раз помочь трем подразделениям. Последняя наша точка в этой 20-й миссии - разведка на Херсонском направлении. Огромное спасибо подписчикам каналов "Писатели-Фронту!", Вожак" и нашим феям из "Маскировки Питер"!
Чертовски приятно, когда наши друзья и коллеги по "Писатели-фронту!" становятся лауреатами премий, получают награды и призы. Но вдвойне, да что так, втройне приятнее, когда награждают враги. Саша, поздравляем от всего сердца и люто завидуем! https://t.me/karaulovnews/7329
Выехали из-под Херсона, уже темнело. Поскребли подбородки и решили, что с троящим двигателем ехать через все блокпосты 9 часов по темноте до Донецка стремно. Сиганули через Перекоп в Крым. Удостоились беседы с контразведчиками на фильтрационном пункте. Прочитал краткую лекцию о положении российских писателей, трендах и тенденциях, подписал таможенный пункт на журнал "Традиции и авангард". В ночи добрались до Севастополя. А утром с чувством выполненного долга пьём кофий на набережной в Артбухте.
Трупы Мавиков, найденные нашими бойцами. Почти все вражеские, что видно даже по именам, "вытатуированным" на их корпусах. Но тот, что на кадре слева внизу, мне кажется, что наш. Парни! Чей мавик? Признавайтесь!
Николай Петрович, конечно симпатичнейший и страстный человек, защитник отечественной культуры и вообще символ гражданского неравнодушия, но зачем так-то уж... Прежде надо определиться с основами нашего национального самосознания.Не все еще понятно со смертью Ильи Муромца, мощи которого, кстати, в Киеве особо в последнее время, вопиют о справедливом освобождении от власти раскольников и проведении всестороннего расследования на предмет отравления его Соловьем Разбойником. Всем известно, что Соловей являлся капером на службе у английской королевы, а правовой оценки его деятельность на территории Киевской Руси еще нет. Я уже не говорю об убийстве Радищева. Рано или поздно, надеюсь у СК руки дойдут и до невыясненных обстоятельствах смерти Гоголя. Здесь вообще прослеживается деятельность австрийской разведки. Уверен, что откроются новые обстоятельства якобы самоубийств Маяковского и Фадеева. Лиха беда начало!
