Стоит открыть карты сразу — Херцог это реинкарнация бешеного, дикого Дон Кихота. То, как, и какими словами он формулирует взгляд на мир регулярно заставляет проверять: а) реальный ли это человек; б) жив ли он до сих пор.
Херцог живет драматическими крайностями. Съёмки практически каждого фильма приближаются по накалу к древнегреческим мифам — особенно, когда в его жизни появляется
К концу чтения (и после просмотра фильмов) становится очевидно, что он такой, какой есть. В сущности, вся книга — о том, как человек ставит себе сверхамбициозные цели, и через сверх усилия их достигает. Не в этом ли и есть жизнь?
Если нужно снять фильм о том, как корабль перетаскивают через гору в джунглях — корабль будут перетаскивать через гору в джунглях всей съёмочной группой вместе с местными индейцами. Если Херцог снимает фильм об одной из самых опасных горных вершин для восхождения — он вместе со съёмочной группой попадёт в бурю на вершине, откуда чудом спасётся через сутки (и намертво примёрзнет к железным поручням вертолёта, откуда его по-пионерски будут размораживать участники съёмочной группы). В фильме по городской площади должны разбежаться тысячи крыс? Вы поняли.
Книга — результат интервью, которые актер Пол Кронин взял у Херцога. Интервью отредактированы в хронологическом порядке фильмов Херцога, но его высказывания не привязаны ни к фильмам, ни к хронологии. Если резюмировать главный посыл книги — творчества, жизни Херцога, то осмелюсь привести его же цитату:
«В кино есть более глубокие слои истины (помимо простого пересказа фактов и демонстрации жизни без прикрас), существует поэтическая, экстатическая правда. Она таинственна и ускользающа, и достичь её можно только через вымысел, воображение и стилизацию.»
Кто такой режиссёр? Отличное определение ключевого человеческого навыка современности:
«Режиссёр должен уметь разговаривать со взбунтовавшейся съёмочной группой; с чиновником, от которого зависит под писание нужных бумаг, с партнером-продюсером, не желающим платить; или с прокатчиком, не выполняющим обязательства по рекламе. Гибкость жизненно важное качество для режиссёра; если вы не умеете правильно отбивать удары, вы и дня не про- держитесь на этой работе. Режиссёр должен быть укротителем непредвиденного.»
Моя любимая часть книги — когда Херцога просят описать его идеальную киношколу:
«Вы сможете подать заявку на поступление, только если пройдете пешком и в одиночку, скажем, от Мадрида до Москвы, примерно 2800 км. В пути записывайте свои впечатления, потом отдайте дневник мне. Я сразу скажу, кто действительно ходил, а кто нет. За время путешествия вы узнаете о режиссуре больше, чем за пять лет в киношколе. Ваш опыт будет полной противоположностью академическим знаниям, ведь академия убивает кино. Человек, бывший боксером в Африке, больше готов к работе режиссера, чем выпускник любой из «лучших» киношкол в мире. Только реально прожитый опыт имеет значение.»
И ещё одна — о непосредственном восприятии, о «beginner’s mind»:
«Кино не принадлежит учёным это искусство неграмотных. Фильмы нужно просто смотреть, безо всяких заранее сложенных мыслей и представлений. Это хорошо понимал Анри Ланглуа: во Французской Синематеке он показывал фильмы со всего мира на бенгальском. китайском, японском, португальском языке без субтитров. То есть зрители должны были воспитывать в себе сообразительность и проницательность, не имеющие ничего общего с рациональным мышлением. Они фактически развивали в себе безграмотность, прикоснувшись к врождённой, но обычно дремлющей способности человека.»
#Curiosity #Книги
