Выступление Президента Алиева на Шушинском медиафоруме стало продолжением более широкого стратегического послания, которое Азербайджан последовательно продвигает с момента окончания Карабахской войны 2020 года: на Южном Кавказе сформировалась новая геополитическая реальность, и всем внешним игрокам - прежде всего России - придётся адаптироваться к этим новым условиям.

Несмотря на сохраняющиеся разногласия по многим вопросам, практически все игроки — включая саму Армению — постепенно признали новую региональную реальность. Исключением, по сути, остаётся Россия. Именно поэтому главный посыл Президента Алиева заключается в том, что Москве необходимо выработать новую стратегию в отношении Южного Кавказа.

Вопреки распространённому мнению, постсоветская Россия никогда не была по своей природе антизападной или антиевропейской державой. На протяжении значительной части периода после окончания холодной войны Москва стремилась к интеграции с Европой в экономической, политической и общественной сферах. Российский экспорт энергоносителей был ориентирован прежде всего на европейский рынок, российские элиты активно инвестировали в Европу, а сама Россия последовательно добивалась признания в качестве одной из ведущих европейских держав.

Разногласия России с Западом касались не самой Европы, а границ сфер влияния. Москва исходила из того, что Европа и другие внешние игроки должны рассматривать Южный Кавказ и Центральную Азию как привилегированную сферу российских интересов. Любое сотрудничество с государствами региона, формально или неформально, должно было проходить через Москву. Кремль стремился восприниматься не как одно из государств региона, а как представитель целой группы стран. Соответственно, сами государства Южного Кавказа, развивая отношения с Европой, также должны были учитывать ограничения, определяемые Москвой. Когда эти неписаные правила нарушались — как это произошло с Грузией в 2008 году, а затем ещё более отчётливо с Украиной после 2014 года, — следовало применение военной силы.

Азербайджан начал оспаривать эту модель значительно раньше. За это страна фактически заплатила поражением в первой Карабахской войне 1990-х годов.

Именно Азербайджан стал первым государством постсоветского пространства, сумевшим привлечь масштабные западные инвестиции в энергетический сектор без согласования с Москвой. «Контракт века» принципиально изменил геополитическую траекторию развития региона. Это был не просто энергетический проект — он стал утверждением права Азербайджана на проведение самостоятельной и суверенной внешней политики.

В последующие десятилетия Азербайджан последовательно выстроил одну из наиболее диверсифицированных систем внешнеполитических связей на постсоветском пространстве. При этом Баку никогда не превращал этот курс в идеологическую кампанию. Азербайджан просто проводил прагматичную многовекторную внешнюю политику, основанную исключительно на собственных национальных интересах.

Таким образом, шушинское выступление Президента Алиева выходит далеко за рамки двусторонних азербайджано-российских отношений. Оно отражает более широкий вывод о том, что постсоветская иерархическая модель регионального устройства исчерпала себя.

С точки зрения Баку, именно государства региона должны самостоятельно определять свою внешнюю политику и выбирать стратегических партнёров. Эта логика распространяется далеко за пределы Южного Кавказа. Украина также обладает суверенным правом самостоятельно определять направления своей внешней политики.

Следовательно, если Россия действительно намерена выработать новую стратегию в отношении Южного Кавказа, ей необходимо отказаться от попыток сохранить исключительный геополитический контроль над соседними государствами, прекратить войну против Украины и адаптироваться к новой региональной системе. Региональная и глобальная стабильность больше не могут строиться на представлениях о международном порядке, унаследованных от 1990-х годов.

@CPBView