Ключевым вызовом для правительства Никола Пашиняна в течение следующего политического цикла станет выстраивание отношений с Россией в условиях фундаментального пересмотра армянской внешнеполитической стратегии. Результаты последних выборов показали, что пророссийские силы способны мобилизовать поддержку более чем 40 процентов армянского электората. Это свидетельствует о том, что российский фактор сохраняет существенное значение не только во внешней политике Армении, но и во внутриполитической динамике страны. И с эти придется считаться.

Суть проблемы заключается не столько в объективной асимметрии между двумя государствами, сколько в изменении самой логики армяно-российских отношений. Россия остается крупнейшим экономическим партнером Армении, сохраняет влияние в ряде стратегических отраслей и играет важную роль в обеспечении экономической устойчивости страны. Однако после событий последних лет Ереван все более открыто стремится диверсифицировать систему внешних гарантий безопасности и снизить зависимость от России в военно-политической сфере.

При этом армянское руководство не ставит перед собой задачу разрыва отношений с Москвой. Напротив, Пашинян неоднократно подчеркивал заинтересованность в сохранении партнерства с Россией. На практике это проявляется в сохранении интенсивных экономических связей даже на фоне фактической заморозки сотрудничества по линии безопасности. Несмотря на приостановку участия Армении в ОДКБ, экономические отношения между двумя странами продолжают развиваться, а армянская экономика получила значительные выгоды от расширения торговых и финансовых потоков, связанных с санкционным давлением на Россию.

Таким образом, можно говорить о формировании новой внешнеполитической формулы, в рамках которой Армения стремится получать экономические преимущества от сотрудничества с Россией, одновременно перенося центр тяжести в сфере безопасности на взаимодействие с Европейским союзом и Соединенными Штатами. Данная модель существенно отличается от той, которая существовала при Роберте Кочаряне и особенно при Серже Саргсяне.

В период президентства Саргсяна армянская внешняя политика строилась на принципе баланса между Россией и Европейским союзом. При этом функциональное распределение ролей было достаточно четким: Россия рассматривалась как основной гарант безопасности Армении, тогда как сотрудничество с Европой воспринималось как источник модернизации, инвестиций и экономического развития. Несмотря на отдельные разногласия, такая конструкция в целом устраивала Москву, поскольку не затрагивала ее ключевой интерес - сохранение доминирующего положения в сфере безопасности.

Стратегия Пашиняна предполагает иную конфигурацию. Ереван не отказывается от экономического сотрудничества с Россией, но стремится минимизировать ее роль в вопросах безопасности. Именно этот аспект представляет наибольшую проблему для Москвы. Российская внешнеполитическая традиция допускает определенную гибкость в экономических отношениях, однако значительно менее терпима к сокращению военно-политического присутствия и утрате рычагов влияния в государствах, которые рассматриваются как часть зоны привилегированных интересов России.

Поэтому главный вопрос следующего срока Пашиняна заключается не в том, сможет ли Армения поддерживать экономические отношения с Россией, а в том, сможет ли она институционализировать новую модель разделения функций между Западом и Россией. Для Еревана идеальная конструкция выглядит следующим образом: безопасность обеспечивается через сотрудничество с США и Европейским союзом, тогда как экономические преимущества сохраняются благодаря тесным связям с Россией. Однако остается неясным, готова ли Москва принять такую модель как новую норму двусторонних отношений.

(Продолжение следует ниже)