Главный итог Давоса–2026: Европа и США не могут договориться, кто является главным врагом.

Всемирный экономический форум 2026 года в Давосе выявил углубляющийся стратегический разрыв между Европой и Соединёнными Штатами в вопросе определения ключевой глобальной угрозы. Вашингтон остаётся твёрдо сосредоточенным на Китае и призывает Европу выстроить единый геополитический и экономический фронт для сдерживания усиления Пекина. Для США Китай является центральным системным соперником — в технологическом, военном и экономическом измерениях — и трансатлантическое единство рассматривается как критически важное условие успеха этой стратегии.

Брюссель, однако, смотрит на глобальную безопасность через другую призму. Для Европейского союза Россия остаётся наиболее непосредственной и экзистенциальной угрозой — с учётом географической близости, войны против Украины, продолжающихся попыток дестабилизации и долгосрочного влияния на европейскую архитектуру безопасности. Эту оценку в полной мере не разделяет Вашингтон, который всё больше смещает приоритеты в сторону Индо-Тихоокеанского региона, а не Восточной Европы, что создаёт трения в трансатлантическом стратегическом планировании. Для Вашингтона Россия — «устойчивая, но управляемая угроза» для восточноевропейских членов НАТО. США не рассматривают Россию как значимую силу, способную нарушить глобальный порядок, и считают, что с ней возможно добиться переговорного решения.

Европейские правительства в Давосе ясно дали понять, что не готовы участвовать в широком противостоянии с Китаем до тех пор, пока команда президента Трампа не подтвердит приверженность созданию надёжного и долгосрочного союза с Европой и Украиной против России. Если читать между строк выступлений европейских лидеров в Давосе, именно такая последовательность действий воспринимается в Европе как безальтернативная.

Наиболее заметным выступлением стала речь премьер-министра Канады — самой «европейской» страны в Америке. Накануне выступления он посетил Китай и попытался выстроить предсказуемые отношения, что можно трактовать как шаг, сделанный без учёта позиции Вашингтона по китайскому направлению. Похожий визит в Китай совершил президент Франции в начале декабря 2025 года, а к концу января 2026 года такие визиты ожидаются со стороны премьер-министров Великобритании и Финляндии.

Предыдущие администрации в Вашингтоне хорошо понимали эту европейскую «красную линию» и в целом признавали, что устойчивое единство по Китаю также зависит от твёрдой вовлечённости США в обеспечение безопасности Европы.

Ситуацию дополнительно осложняет то, что и ЕС, и Канада дали понять: хотя Китай остаётся стратегическим конкурентом, это также актор, чьи позиции зачастую можно оценивать через устоявшиеся модели государственного поведения. Одновременно политические колебания в Вашингтоне — обусловленные внутренней динамикой и акцентом на подход «Америка прежде всего» — вызвали у некоторых союзников вопросы относительно предсказуемости и преемственности американской вовлечённости.

В этом контексте Давос–2026 подчеркнул не только различия в расстановке приоритетов по внешним вызовам, но и более широкую дискуссию о координации, доверии и долгосрочной устойчивости трансатлантического партнёрства.

@CPBView