О геополитике медийных нарративах: была ли когда-либо Азербайджан про-российским?
 
Анализируя публикации многих СМИ, становится ясно: складывается нарратив — Азербайджан был про-российским, а теперь стал анти-российским.
 
Почти во всех других случаях отказ от про-российской ориентации трактуется как движение в сторону Запада. Однако в случае Азербайджана даже этот шаблон игнорируется: Азербайджан был про-российским, теперь — нет. Точка.
 
Ещё до 2020 года у меня было множество дискуссий с европейскими, американскими и местными коллегами и друзьями на тему, почему я не считаю Азербайджан про-российским. (И я точно знаю, что многие из них помнят эти дебаты.)
 
Сегодня можно с уверенностью заявить: восприятие Азербайджана как про-российского в прошлом было ошибочным. Сейчас страну всё чаще воспринимают как становящуюся анти-российской — и это тоже не соответствует действительности. Да, существуют серьёзные признаки ухудшения российско-азербайджанских отношений, и прежние каналы коммуникации, позволявшие Баку и Москве держать ситуацию под контролем, больше не работают. Однако чтобы называть страну «анти-российской», требуется совершенно иной набор признаков — что само по себе является темой для отдельного анализа.
 
Почему Азербайджан никогда не следовало считать про-российским?
 
Среди стран Восточного партнёрства только Азербайджан обладал значительными запасами нефти и газа, обеспечивая дополнительные доходы и позволяло сохранять относительную независимость в различных направлениях. Это делало Баку исключением среди стран-партнёров. Особенно заметным отличием были отношения между Баку и Брюсселем в период с 2011 по 2018 год.
 
Одновременно Азербайджан был (и остаётся) единственной постсоветской нефтегазовой страной с независимой экспортной инфраструктурой и устойчивыми коммуникациями с ЕС и Турцией. Казахстан и Туркменистан до сих пор лишены подобного структурного преимущества. Это снижало уязвимость Азербайджана перед российским давлением и формировало уникальный стратегический контекст.
 
Таким образом, Азербайджан обладал достаточными ресурсами, чтобы сохранять равную дистанцию от всех центров силы. Поэтому его с одинаковой лёгкостью можно было бы назвать и про-российским, и про-турецким, и про-западным — в зависимости от того, какой акцент хотели бы сделать наблюдатели.
 
Но почему же укоренился такой образ? Причём это восприятие существовало не только за границей, но и внутри самой страны.
 
Приведу лишь некоторые причины, хотя, как показали дискуссии с коллегами и друзьями, тема эта гораздо глубже:

- Россия интерпретировала жёсткие публичные заявления между Баку и Брюсселем как ресурс для продвижения собственной внешнеполитической повестки. Проблемы в отношениях между Россией и Азербайджаном редко выносились в публичное пространство, в то время как споры между Баку и Брюсселем широко освещались.
Россия извлекала выгоду из такого восприятия: оно подавалось как успех российской дипломатии — как во внутреннем, так и во внешнем информационном поле.

- Про-российский имидж Азербайджана был удобен для сдерживания европейских политиков подальше от Азербайджана.

- До 2020 года информационное пространство и экспертная среда в Азербайджане находились под заметным влиянием российских медиа и нарративов, имея ограниченный выход к другим источникам (В результате даже про-азербайджанские, но нетипичные мнения часто воспринимались как «про-западные».)

- Присутствие российско-азербайджанской диаспоры в медийном пространстве значительно превосходило влияние других азербайджанских диаспор — ближневосточной, европейской, американской — что снижало потенциал альтернативных точек зрения в формировании общественного мнения внутри страны.
 
Этот список можно продолжать, но главное — проявлять максимальную осторожность при навешивании ярлыков. Это, в конечном счёте, одна из ключевых задач политических аналитиков и журналистов — видеть нюансы, а не подгонять реальность под удобные шаблоны.

@CPBView