Удар по Ирану: «Момент пробуждения» для военной силы США?

Недавний военный удар США по территории Ирана можно считать поворотным моментом в американской военной политике после 2003 года. На протяжении более двух десятилетий операции США в основном были направлены против негосударственных акторов — террористических групп и прокси-формирований. Даже резонансные операции, такие как ликвидация Касема Сулеймани в 2020 году, проходили не на территории Ирана, а в Ираке. Аналогично, авиаудары в Сирии, Ливии, Йемене и Пакистане, хотя и затрагивали суверенные государства, либо обосновывались как контртеррористические меры, либо проводились на территории третьих стран, предоставлявших убежище негосударственным угрозам. Общая логика была очевидна: США избегали прямых ударов по территории cуверенных государств.

Удар по Ирану в 2025 году нарушил этот устойчивый принцип. Впервые со времён военной операции против Ирака в 2003 году Соединённые Штаты нанесли прямой военный удар по суверенной территории государств-оппонентов — не через прокси, не с участием региональных союзников и не в спорных зонах. Таким образом, произошёл стратегический сдвиг: от управления угрозами через точечные удары к открытому противостоянию с государством-противником на его собственной территории.

Этот сдвиг перекликается с более широкой исторической моделью, наблюдавшейся после войны во Вьетнаме. После вывода американских войск в 1975 году США на долгое время перешли к политике военного сдерживания — эпохе, ознаменованной так называемым «вьетнамским синдромом». Тогда применение силы ограничивалось небольшими или символическими акциями, такими как вторжение в Гренаду в 1983 году или авиаудары по Ливии в 1986-м. Только в начале 1990-х годов, с началом войны в Персидском заливе, США вновь продемонстрировали способность к масштабному применению силы против суверенного государства. А затем последовал целый ряд других операций.

Период после Ирака 2003 года также был отмечен сдвигом к косвенному вмешательству с использованием дронов, спецопераций и прокси-моделей. Последний удар по Ирану может свидетельствовать о новой точке перелома. Подобно тому, как война в Персидском заливе положила конец поствьетнамской осторожности, этот удар может ознаменовать завершение сдержанной линии США, выстроенной после глобальной войны с терроризмом.

Тем не менее, нельзя с уверенностью утверждать, является ли это началом новой стратегической линии или разовой акцией. Удар был нанесён по распоряжению администрации Дональда Трампа, и пока неясно, будут ли будущие президенты придерживаться этого курса или вернутся к более сдержанным стратегиям. Будет ли это начало долговременного сдвига или исключение эпохи Трампа — покажут решения Конгресса, судебные интерпретации президентских полномочий и внешнеполитические приоритеты следующих администраций.

Особенно примечательно, что удар по Ирану пришёлся на момент, когда авторитет американского разведывательного сообщества переживает фазу восстановления. После неудачи 2003 года, когда заявления о наличии оружия массового поражения в Ираке не подтвердились, она была существенно укреплена в 2022 году, когда прогнозы о готовящемся военной операции России против Украины оказались исключительно точными и своевременными. Операция против Ирана — включая точное попадание в спальные помещения иранских генералов — воспринимается многими как продолжение этого тренда и отражение выросшего доверия к данным американской разведки…

P.S. Кстати, вы можете погуглить, в скольких военных операциях США участвовали в период с 1991 по 2003 год — просто чтобы не перечислять их здесь вручную.

@CPBView