Подобные эпизоды позволяют лучше понять, почему Баку придерживается осторожного подхода к ряду чувствительных аспектов армяно-азербайджанского мирного процесса. Это также объясняет стремление азербайджанской стороны свести к минимуму возможные источники двусмысленности, учитывая высокую степень изменчивости в публичной риторике представителей команды Пашиняна.

Министр иностранных дел Армении Арарат Мирзоян:

20 мая 2025 года, на региональной встрече послов ЕС в Восточной Европе и Центральной Азии:
«Мы переживаем решающий момент. Армения сделала необратимый выбор в пользу демократии, мира и Европы. Мы уверены, что наши европейские партнёры ответят на эти решительные шаги столь же смелым и стратегическим участием, укрепляя по-настоящему взаимное и преобразующее партнёрство», — заявил министр.

Спустя один день…

21 мая 2025 года, на совместной пресс-конференции с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, комментируя возможное сочетание сотрудничества с ЕС и ЕАЭС:
«Ответ на этот вопрос очень краткий. Армения не подавала заявку на вступление в Европейский союз, переговоры по этому поводу не ведутся. Следовательно, вопрос неуместен, и я не могу делать никаких суждений на эту тему», — отметил Мирзоян.

Ранее:
26 марта 2025 года Национальное собрание Армении во втором и окончательном чтении приняло законопроект «О начале процесса вступления Армении в Европейский Союз». За документ проголосовали 64 депутата, 7 — против, воздержавшихся не было. Президент Армении подписал закон 4 апреля.

14 мая 2024 года премьер-министр Армении Никол Пашинян на саммите по демократии в Копенгагене заявил:
«Мы хотим вступить в Европейский Союз в этом году».
На уточняющий вопрос модератора — «В каком именно году?» — он ответил:
«Вот в этом!»

Фиксируемая нестабильность и противоречивость в публичных заявлениях рассматриваются в Баку как один из ключевых факторов, обуславливающих необходимость более жёсткой позиции в вопросах пересмотра Конституции Армении и отказа от механизмов Минской группы ОБСЕ. Такая линия направлена на устранение потенциальных правовых и политических неопределённостей в рамках переговорного процесса.

@CPBView