#пятничное: или почему не «соционика»

С MBTI, вроде, разобрались – грубо, криво, с лишними амбициями, но местами нужное цепляет. Главное – понимать ограничения, задачу и иметь опыт использования. Инструмент поддерживается и развиваться.

А вот с соционикой история гораздо хуже. Если говорить прямо, то соционика – это не развитие науки о человеке, а вторичная надстройка над уже и без того шаткой конструкцией. Ее «автор», Аушра Аугустинавичюте, по базовому образованию не была даже психологом – числилась в экономистах, а преподавала политэкономию сами знаете чего. А иногда подрабатывала иностранными переводами.

Именно так под руку ей попались ранние работы Майерс и Бриггс. Отбросив в сторону сантименты и авторские права, дав яркое название – соционика, она для флёра научной новизны обильно окропила сырой перевод идеями «информационного метаболизма» Антония Кемпинского. А что не поняла – творчески додумала. И явила миру новую «науку». Вот здесь и поперло!

То есть на старте это была слабо-интеллектуальная сборка из уже готовых чужих идей разной степени проработки и научности. Но это ещё не приговор. В науке вполне нормально собирать новые модели из старых идей. Вопрос в другом: что было дальше.

А ничего не было! Соционика не прошла путь нормальной широкой эмпирической проверки, убедительной демонстрации, что ее ключевые сущности – те же «информационные элементы», «модели А/Г» и особенно «интертипные отношения» – устойчиво наблюдаются, измеряются и предсказывают что-то лучше более простых и проверяемых моделей. Наоборот, независимые обзоры прямо указывают на обратное, а также на проблемность самого понятия «информационного метаболизма».

Вот и вся суть. Соционика хочет выглядеть как система. Все красиво: функции, блоки, кольца, отношения, квадры, клубы, чуть ли не чертеж души. Но красота схемы не делает ее научной. Иначе схема чакр тоже могла бы претендовать на кафедру.

Соционика десятилетиями жила в режиме самоподтверждающегося кружка. В основном она развивалась внутри постсоветского, прежде всего русскоязычного пространства, через внутренние школы, клубы, журналы и бесконечные споры о том, кто у нас Бальзак, а кто Гамлет, и почему дуализация опять не взлетела. Для культурного феномена – нормально. Для науки – слабовато.

Тут особенно комично то, что соционика всё время делает вид, будто она строже подхода MBTI, глубже, системнее и почти инженерна. Но это ровно тот случай, когда человек надел белый халат поверх карнавального костюма и решил, что теперь он ходячая лаборатория. Строгий жаргон не заменяет верификацию. Псевдоматематический вид не заменяет измерение. Сложная терминология не спасает, если базовые сущности плавают как студень.

И вот тут начинается главное различие между просто слабой теорией и сектантской конструкцией.

Любая теория говорит: «вот моя гипотеза, вот критерии проверки, вот границы применимости, вот где я могу ошибаться». Сектантская конструкция говорит: «если не сошлось, значит, вы неправильно типировали, человек не раскрылся, был в маске, в стрессе, в не той квадре, не в фазе Луны и вообще недостаточно духовно зрел».

Узнаваемо, да? Это и есть главный маркер. Система умеет объяснить всё постфактум – а значит, по большому счету не объясняет ничего.

Мой вывод простой. Соционика проваливается не потому, что «официальная наука чего-то боится», а потому, что за десятилетия так и не прошла взрослую проверку на научность. Она не встроилась в нейрофизиологию, психометрию, не показала надежной воспроизводимости своих центральных конструкций. И слишком долго жила в тепличке поклонников, где взаимная похвала заменяла проверку.

Поэтому, если уж говорить грубо, MBTI – это хотя бы плохая карта, срисованная с части реального ландшафта. А соционика – это карта, срисованная с другой карты, а потом еще раскрашенная кружком энтузиастов, которые решили, что раз у них в руках оказались мелки, значит, это и есть геодезия.

PS. Леша! Еще раз услышу от тебя слово «соционика»… И про «информационный метаболизм»... А твоя фраза, что я это применял… Да еще публично...

Надеюсь, ты понял!
😊