Тренинги осознанности как симулякр

Случайно наткнулся на сайт с программами тренингов осознанности «для руководителей». За несколько тысяч рублей в час предлагается «научиться достигать намеченных целей и понимать, чего вы хотите в жизни, стать спокойнее, радостнее, работать с любыми жизненными ситуациями, людьми и выстраивать гармоничные отношения».

Подобные тренинги хорошо бы объяснил Жан Бодрийяр, сегодня будто подзабытый. Сказал бы: подобные тренинги — симуляция, скрывающая, что никакой осознанности в мире уже нет.

Почему? Осознанность — буддийская практика. Ее смысловое ядро следующее: «Я» и неудовлетворенные желания — суть ложные конструкции сознания, вечно голодного, жадного и невежественного, обреченного на страдание из-за постоянной неудовлетворенности. Практика осознанности предлагает наблюдать за работой органов чувств, чтобы со временем заметить, как «ложное» конструируется в уме, отказаться от него и обрести спокойствие. И эта практика, как в религии, этике или искусстве — есть самоцель.

Как с осознанностью поступает общество потребления? Во-первых, пакует ее в услугу, простую и легко доступную. Во-вторых, делает ее средством, а не целью. Средством для чего? Для удовлетворения карьерных и любовных желаний и укрепления чувства себя. Это — прямо противоречит первоначальному смыслу.

В истоке, чтобы быть счастливым, надо ничего не хотеть, ни к чему не привязываться, да еще и отказаться от «главной лжи» — веры в существование «Я». Идеалы общества потребления противоположны — всегда хотеть всего, пробовать все, покупать новые вещи и опыт, выстраивать из них свой «уникальный» образ.

Подлинная осознанность обществом потребления поощряться не может. Она подорвала бы его экономическую и идеологическую основу!

Осознанности нет, а знак ее — есть! Это — тренинги с духовно-психологической начинкой… Знак — всегда отсутствие! Предлагается здесь не осознанность, а «игра в осознанность», доступная за небольшую плату.

Знак, потерявший связь с оригиналом, — это и есть симулякр по Бодрийяру. Симулякр «четвертого порядка»: он не только скрывает отсутствие оригинала, но еще обращается в системе других знаков — языке успеха и остального ансамбля культуры позднего капитализма с его идеологией роста.

Кстати, и просветительские ролики в этой оптике — тоже не наука, а лишь ее симуляция. Они не дают научного знания о мире. Они лишь временно удовлетворяют любопытство, предлагают употребить вместе с попкорном контент, упрощенный до уровня семиклассников. И ролики тоже подчиняются внутренней логике медиа-платформ, где циркулируют, их правилам, образным системам, определяющим подачу, формат и содержание контента.

В подобной культуре нет духовности, знания, истории, новостей… Есть симуляция духовности, симуляция знания, симуляция истории, симуляция новостей… Медиа-контент при употреблении кратковременно щекочет чувство любопытства, попутно продавая товары с услугами, формируя симулятивную картину мира, привязывая к ней ум, а не освобождая его.

В этом и заключается философский смысл миров «Матрицы» Вачовски или «Generation П» Пелевина. В восьмидесятые и девяностые — в искусстве и философии пытались осознать наступление нового мира. Сегодня — культура позднего капитализма и ее идеология — вытеснила любые альтернативы и притязает на роль единственной, становясь прозрачной, незаметной для сознания. Увидеть ее теперь можно, лишь встав в философскую позицию, усилиями удерживая себя там, пока пишется текст.

Подобный мир невозможно представить без всеобщей грамотности, средств массовой информации и информационных технологий. Ранее человек, вероятно, больше жил настоящим, находился умом в непосредственном окружении, проживая личный опыт, а не симулятивные модели медиа-холдингов на экранах смартфонов. Сегодня же — именно они: модели-симуляции, — и правят миром.

Почему же так высок спрос на тренинги осознанности? Не потому ли, что ее более нет в коллективном мире-симуляции? Что нам предлагает этот мир?

Еще одну услугу.
Еще одну игру.
Еще одну симуляцию.