Эта неделя принесла интересное наблюдение. Несколько абсолютно не связанных друг с другом людей рассуждали о причинах технологического отставания. И все они сходились в одном: головы у нас светлые, а вот менеджмент — средневековый. Причем, что характерно, все рассуждающие товарищи были из менеджмента. Эдакий сеанс самобичевания, эдакая унтер-офицерская вдова в брюках. Погружаясь в анализ причин, мои собеседники выделяли одно свойство, одну характерную особенность — нетерпимость к ошибкам. Я обогатил свой словарный запас словосочетанием «расставлять виселицы», то есть крайне негативно относиться к провалам и мстить за них. Такая отечественная специфика.

Почему нетерпимость к ошибкам и практики беспардонного поведения так опасны? А очень просто. Мы так устроены, что если на нас давить, то мы будем изворачиваться. Самый простой путь борьбы с таким давлением, это отрицание ошибок как таковых. Ошибка замалчивается, причины не анализируются, обязательства по исправлению не берутся. Страх, тотальный страх наказания. А что означает отсутствие анализа и исправления ошибки? Будет имитация, будет генерация бумажек, будут презентации. А самого действия — не будет. Потому что если его делать, то велика вероятность ошибиться. То есть не создание ситуаций, в которых ошибка может появиться, становится принципом.

Откуда возникает «расстановка виселиц»? Я подозреваю, что причины кроются в детстве, в школе. Посудите сами, еще в школе нас с вами подгоняли под один шаблон. В школе нам рассказывали, что надо быть как все, не высовываться и работать по, порой абсурдным, правилам. В школе нас учили делать монотонную и часто ненужную работу. В школе нас унижали за ошибки оценками. Школа привила нам две модели поведения: учитель (во главе, сверху, вещает) и ученик (на периферии, снизу, молчит или открывает рот по запросу). Эти модели прекрасно реализуются дальше в жизни.

Плюс перфекционизм. Привыкли много пахать? Почему? Чтобы не получить плохую оценку? А есть взаимосвязь между количество времени, уделяемого работе и «хорошей оценкой»? Не совсем. Можно много делать и не достигать результата, а можно провести одну встречу и получить то, чего хотел. Но простые модели, линейные, проще, предсказуемее. Со школы нас приучили к борьбе с неопределенностью. 2+2=4. Всегда. И прямая зависимость между временем в офисе и результатом кажется очевидной, понятной, уютной. И еще нужно быть как все. Поэтому и получается, что привычка проводить время в офисе, устраивать совещания, организовывать проекты есть не что иное, как попытка доказать себе и окружающим, что ты — отличник.

А теперь соберем все вместе. Наш типовой руководитель учился в обычной школе. Которая сделала его перфекционистом, трудоголиком, мечтающим стать «учителем» и возвыситься над «классом». Его жизненная модель проста как валенок: надо много пахать чтобы однажды взять в руки указку. И размахивать ею, чтобы все было правильно. Правильно — это как он скажет, и чтобы все сидели за партами и прилежно учились. Ошибка в этом смысле становится актом личного неуважения. Ошибка — это отклонение от модели послушания. Этот акт неуважения вызывает исключительную эмоциональную реакцию. Которая сама по себе смешна, если бы его сотрудники учились в другой школе. Но беда в том, что они заканчивали такую же типовую школу. Поэтому принимают правила игры. Конца и края этому не видно.