А, забыл еще один нюанс. Рядом с мужиком крутится его сын. Смышленый пацан годков эдак пяти. Пусть он даже не сам пришел, а его позвал папа. Мол, смотри, сынок, как твой батя сейчас будет исполнять сложную мужскую работу. Сын и смотрит, восхищенно округлив глаза, на загадочные манипуляции, слушает бурчание старшего. Возникла картинка? И представим себе, что отец, как писал выше, забуксовал. Ну не выходит. Что произойдет в этот момент? Правильно, он начнет злиться. Его воображаемый эпический мужской подвиг пошел лесом. Драма превратилась в фарс. А тут еще и сын смотрит. И жена, предположим, тоже ходит мимо. Отца начинают переполнять эмоции самого темного содержания.
Что будет дальше? Скорее всего – крик. Возможно, с расшвыриванием инструментов. Если повезет, то без обвинений ближних в неудаче. Хотя, нет, пожалуй, и это будет.
Сын не так ходил вокруг. Жена слишком громко готовила борщ. Ну и эти ухари из Можги, натурально, криворукие. В общем, все козлы.
Сборка мебели превращается в перфоманс, истерику отдельно взятого и как бы взрослого человека. Узнаете сцену? А я вам еще один вопрос задам. Тот самый пятилетний пацан, который смотрит на все это, о чем он думает? И как будет себя вести в будущем? Очевидно, что решит, что такое поведение – норма. Конечно, будет повторять это все безобразие в своей семье. Потому что папе же можно. А раз папе можно, то и ему.
Почему так происходит? Почему вообще истерика считается чем-то нормальным? Тут, конечно, накручено. Во-первых, это неуверенность. Посудите сами: разве будет уверенный в себе мужик швырять шуруповерт, если он знает, что его ценят и любят вовсе не за умение собирать кровати? Вряд ли. Он скорее посмеется вместе с сыном и женой, плюнет и вызовет более рукастого товарища. То есть он не возводит акт домашней работы в ранг эпического подвига и экзистенциального действа. Во-вторых, это элементарная эмоциональная расхлябанность. Отсутствие понимания ответственности за свои порывы. Неумение с ними справляться «на волевых» и не понимание зачем это вообще делать.
Ну и в-третьих, просто бич современного времени, это – логика жертвы. Звучит она примерно так: «Я тут стараюсь, трачу силы и время, поэтому имею право бухтеть». Рационально разбираясь, никакого права не возникает. Даже если он, не дай Бог, пропорет себе руку. Никто никому никогда не дает права переходить границы только на том основании, что кому-то там плохо. Тебе плохо – твои проблемы. Но почему-то многие истово верят, что это не так. Думаю, что от этого и такие вот сложности. У мужика, и, к сожалению, у его сына и жены.