С другой стороны, тревожный человек часто успешен с социальной точки зрения. Он быстр, собран, настойчив, целеустремлен. При прочих равных он решает задачи эффективнее. Так как в его жизни часто нет ничего, кроме работы или дела, то он банально опережает других на фокусе. Вы можете сказать, что тревожный быстрее выдохнется, не пройдет длинную дистанцию? И да, и нет. Да, многие тревожные часто выгорают, теряют мотивацию. Тогда они выбирают другое направление приложения сил. Но если у тревожного что-то хоть чуть-чуть получается, то охладеть ему вряд ли получится. Он будет долбать и долбать. Давить, жать, юлить, петлять, напрыгивать, просачиваться. Ему надо.
В самой тревожности нет ничего плохого. Это естественный эволюционный механизм. Если бы не было тревожности, мы бы так и сидели еще на деревьях и метали бы пометом в расхаживающих внизу животных. Тревожность заставляет нас делать то, что ни одному нормальному животному не свойственно: идти наперекор естественным побуждениям. Я имею в виду лень и корысть.
Тревожность заставляет искать социальное одобрение. А что любит социум? Героев. Чтобы стать героем, надо с чем-то обязательно бороться. Мало делать рутинные операции. Мало каждый день честно выполнять свои трудовые обязанности. Хлебом не корми, дай вспыхнуть в пламени подвига.
Вот только находиться рядом с тревожным сложно. Будучи сфокусированным на своем подвиге, он редко замечает человеческое в людях рядом. Ему сложно держать в фокусе отношения, если они напрямую не связанны с его героической деятельностью. Поэтому часто тревожные одиноки. Они могут попросту отказываться от «избыточных» социальных связей, поддерживая длительный контакт разве что со своим психологом. Вот последнего они любят искренне. Именно этот человек говорит ему, тревожному, приятные вещи. О том, что проблема не в нем, а в других людях. О том, что справиться с тревожностью можно отрицанием окружающих и их желаний. Слышали про «живу свою жизнь»? Ну вот это все.
Признаюсь, я тоже тревожный. Мне повезло, я это понимаю. Со временем понимание превращается в попытки и действия. Со временем попытки и действия приносят облегчение. Со временем облегчение меняет меня и выраженность моей тревоги. Я прошел длинную дорогу понимания себя. На ней нет простых ответов. Вряд ли когда-нибудь я стану другим. Но я уже умею создавать меньше проблем окружающим из-за своей тревоги. А еще я научился использовать свои состояния. В конечном счете ведь важно найти свое место исходя из своих особенностей. Верно?