Привет, это Полина.
Вчера для журнала Fraulein я беседовала с нью-йоркской художницей и дизайнером Андреа Мэри Маршалл. Долгое время она исследовала свой внутренний мир и вопросы устройства общества, фотографируя себя в образах разных исторических персонажей и ролях, а теперь создает одежду.
Во время разговора всплыла тема, которую мы разбирали в Кэмпе «Как стать автором своей жизни» через IFS: принятие себя во всём объёме через признание разных частей. Андреа в IFS не работает, но произнесла мысль, которая показалась удивительно созвучной: когда видишь в себе и позволяешь быть, казалось бы, несовместимым оттенкам – эмоциям, ролям, голосам – контрасты смягчаются, возникает связь с собственной правдой. Из этой связи уходит внутренний разрыв, и появляется опора, которая поддерживает тебя, даже когда кажется, что весь мир против. И это в конце-концов утоляет тот голод, который мы испытываем, когда ищем себя.
Мы говорили о том, что Андреа, имея образование в главном институте моды Parsons, не могла работать в индустрии на своих правилах много лет. И была от этого очень несчастлива. Да, сегодня индустрия жесткая и часто пожирающая талант. Хочешь успешный бренд? Шей то, что покупают! Никому нет дела, что тебя покинула муза или не нравится Барби-розовый. В результате Андреа перенаправила энергию в современное искусство, там нашла голос и признание.
Сейчас она тот дизайнер, которая может сказать: возможно мы не выпустим коллекцию в рамках расписания недели моды, возможно сверхприбыли не будет, возможно я не стану знаменитым на весь мир дизайнером, но мы с моими конструкторами будем спать по ночам и продолжим делать то, за что можем ответить и во что верим.
Для меня эта история иллюстрирует авторство. Когда связь с собой становится источником устойчивости и свободного выбора. А что в истории Андреа увидели вы?
На фото: Андреа Мэри Маршалл, Not Vice Versa, 2019 год.
Работа посвящена Фундаменталистской церкви Иисуса Христа святых последних дней (FLDS) и фотографии ее лидера Уоррена Джеффса, который отбывает пожизненное наказание в тюрьме. На снимке Джеффс был окружён своими женами, их было более пятидесяти, в традиционной «униформе»: скромные платья пастельных тонов поверх нескольких слоев нижнего белья, длинные волосы аккуратно собраны. Работа одновременно застилизована под знаменитый кампейн Versace 1994 года.