10 тысяч рублей за потерю ребенка и 300 тысяч за тесную камеру СИЗО: как суды назначают компенсации за ненадлежащие условия содержания

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И/ИЛИ РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ СПб ОО «ГРАЖДАНСКИЙ КОНТРОЛЬ» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА СПб ОО «ГРАЖДАНСКИЙ КОНТРОЛЬ»

Сегодня поговорим о том, какие компенсации и почему присуждают российские суды по искам о ненадлежащих условиях содержания в местах лишения свободы.
Посмотреть, какие компенсации были реально присуждены в делах из вчерашнего опроса, можно карточках к посту.

🟡 Общая статистика

- Минимальная сумма компенсации составила 500 рублей, максимальная — 300 тысяч рублей.
- Медианная компенсация составила 10 тысяч рублей. Столько или меньше получила половина из всех, кому суд присудил хотя бы что-то.
- Более, чем в половине дел, не была присуждена никакая компенсация.
- Более половины из тех, кому компенсация была присуждена, получили менее 5% от запрошенной суммы.

🟡 Самые большие компенсации присуждали в делах о переполненности камер.

Санкт-Петербургский городской суд назначил 150 тысяч рублей за более 2 лет в переполненной камере, а Геленджикский городской суд — 300 тысяч за 3 месяца в переполненной камере с другими нарушениями (отсутствие горячей воды, антисанитария).

Расчет тут математический: определяется сумма компенсации за 1 сутки (Калининский районный суд Санкт-Петербурга исходил из МРОТ, городской суд — из подхода ЕСПЧ и курса евро к рублю) и умножается на общее число проведенных в камере суток.

🟡 Особенно непропорционально на этом фоне выглядят компенсации за ненадлежащую медицинскую помощь.

Кировский районный суд Хабаровска, например, признал, что беременной истице не проводились скрининги, не назначалось лечение, а срок беременности для этапирования занизили. В результате ребенок родился мертвым, а женщина получила компенсацию... в 10 тысяч рублей. Эту сумму суд никак не обосновал.

🟡 Гендерная специфика нарушения была учтена лишь в 1 деле: Сыктывкарский городской суд указал на «связь гигиены и здоровья женщины» с необеспечением минимальным гардеробом и назначил 72 тысячи рублей компенсации.

🟡 Иногда суды признают, что нарушение условий содержания действительно было, но заявляют, что истица «не доказала наступления негативных последствий».

Например, в делах о ненадлежащей медицинской помощи при туберкулезе в ИК-31 Республики Коми суд отказал в компенсации за несвоевременное обследование и задержку консультации фтизиатра, поскольку «заболевание протекало бессимптомно». В деле бывшей сотрудницы органов, которая содержалась совместно с обычными осужденными в СИЗО, суд не назначил компенсацию, так как сокамерницы ей никак не навредили.

В деле, где осужденная жаловалась на задержку перенаправления судебного уведомления, апелляция отменила компенсацию с формулировкой: «Формальное нарушение срока не привело к негативным последствиям в виде препятствий для реализации процессуальных прав».

Получается, что суды выработали отсутствующий в законе критерий «существенности» нарушения, в результате чего факт установления нарушения в судебном порядке превращается в декларацию без правовых последствий.