Не в шутку опешив после знакомства с экранизацией Бертраном Бонелло новеллы Генри Джеймса «Зверь в чаще», АТ приник к литературному первоисточнику. ОГ дочитал роман Владимира Казакова «Ошибка живых» и пребывает теперь в странных чувствах: автор виртуозно держит высокую планку языковой аритмии; что ни строчка – то осколок хорошего стихотворения; вместе с тем по ходу чтения не покидало ощущение того, что живая интонация романа идёт поверх хорошо продуманной конструкции. ДБ читает «Жизнь и судьбу» Василия Гроссмана, поражаясь не только тому, что буквально каждые пару абзацев в повествование входит новый персонаж, но и тому, что авторство (в тематическом, но порой и в стилистическом плане) отдельных глав вполне можно отдать Граку, Мейлеру, Солженицыну, Пастернаку, Домбровскому, даже Сорокину. Пестротою при этом роман не страдает и его многоголосие не превращается в разноголосицу.