МК приобрёл беларуский перевод избранных песен «Махабхараты» и завис на предисловии, где объясняются санскритские стихотворные размеры и принцип выбора наиболее адекватных им аналогов. АТ решил перечитать фрагменты «Обмена разумов» Роберта Шекли и внезапно нашёл себя читающим эту вещь с начала в сотый раз – читающим, причмокивающим от удовольствия и похохатывающим при прочтении фразочек вроде «У сердца такая форма специально для того, чтобы его пронзила стрела. Остальные эффекты – побочные». ОГ выкрадывает понемногу времени для чтения писем Вадима Козового из Парижа начала 80-х: каждое письмо провоцирует всё бросить и читать книги тех, с кем Козовой в эти годы постоянно встречается и общается – от двух Жюльенов – Грака и Грина – до Бланшо и Мишо. ДБ «мандельштамится»: закрыв «Вторую книгу» Надежды Яковлевны, тотчас открывает «Мемуары» Эммы Герштейн, а первый том из т. н. «американского» собрания Мандельштама и так уже пропитал собой комнату, словно букет крадущих дыхание свежих цветов.