Природа канонов не юридическая, а духовная, как духовно в Церкви все, вплоть до самого будничного циркуляра епархиального управления и правил о ведении метрических книг. Каноны совсем не предусматривают каждого единичного факта и всей сложной, ибо живой, действительности церковной жизни. Но в канонах выражено вечное самосвидельство Церкви, самотождество церковного сознания в преходящих и изменяющихся обстоятельствах земной истории Церкви. Это не параграфы устава, требующие автоматического применения, но это и не исторический документ, из которого каждый волен выбирать то, что ему «подходит», и соблюдение каноничности есть всегда подвиг, требующий напряжения церковного сознания, а не казенная ссылка на произвольно выбранный «текст». Только при таком – не законнически-ветхозаветном и не либеральном, а церковном и духовном – понимании канонов в них раскрывается как бы идеальный образ Церкви в ее земном странствовании, та норма к которой в своем устроении должны всегда стремиться как вся Церковь, так и каждая отдельная часть ее.
Протопресвитер Александр Шмеман.
Церковь, эмиграция, национальность.
Post #548
83
