В Праге я жила три месяца, пока готовилась к экзаменам для подтверждения диплома. На мою голову сыпалась неудача за неудачей: проблемы с деньгами, непонятки с документами, с будущей работой, экзамены, опять же… Даже вспоминать не хочется. Так что в свободное время я просто шлялась по округе, чтобы хоть как-то унять зуд тревоги. 

Я беспомощной марионеткой болталась между небом и землёй, люди призрачными тенями обтекали меня со всех сторон. Звуки доносились как из-подо льда: глухие, неясные, я чувствовала их скорее кожей, чем разумом. Иногда среди этой дрожащей, неясной мути появлялись осязаемые вещи: святой Вацлав на мёртвом перевернутом коне, полуночная женщина в ярком восточном халате, красные фонарики вьетнамского ресторана… 

Прага сразу дала понять, что просто здесь не будет. Я спиной чувствовала её холодный равнодушный взгляд и навязываться в подружки мне не хотелось. Тогда она кинула мне первую приманку. Положила сырок в специальную мышеловку, куда мышь залезает сама и захлопывает за собой дверь. Подсказала правильную дорогу в Пражский Град. 

Вообще их две: парадная и задняя. Правильная  – задняя, но тогда я об этом не знала. Просто забиралась наверх по неудобным ступенькам, убаюканная людским гомоном. В голове царила блаженная тишина, пахло мокрой весенней землёй и жареной на костре картошкой, впервые после зимы пригревало солнышко. Прошла мимо конфетно-розового костела святого Йиржи через площадь, завернула за угол стены. И на меня обрушилась громада храма святого Витта. Как музыка в камне, как торжествующий крик, как гимн небесного воинства, как центр мира, как смех в лицо бога. Он пронзал небо черными игольчатыми шпилями, скалился горгульями, стекал вниз, совершенно невозможное строение. Он оглушал.

Дверь мышеловки захлопнулась. Наживка была проглочена. Теперь я знала – сокровища есть. Надо их только добыть

#моменты_творчества
#разговоры_с_городами