ПРИВЯЗАННОСТИ ИЛИ ЦЕПЛЯНИЯ

фрагмент первой главы "Видящая природа — это ум" книги Го Сина Фаши «Сердце Чань по Шурангама-сутре»


Чаньские мастера частенько напоминают практикующим о том, что “не надо ни к чему привязываться”. Фраза “не надо цепляться” не сходит с уст последователей Чань. Но что это значит “привязанность” или “цепляние”? Как привести принцип“не цепляться” в соответствие с практикой?

В китайском языке слово 執著-чжичжо — привязанность, цепляние — как правило, указывает на ситуацию, когда человек настаивает на собственном мнении и не готов к уступкам. Если человек не воспринимает чужие советы, не соглашается[с другими], о нем говорят: “Он чрезвычайно чжичжо”. В буддизме же под чжичжо подразумевается состояние, когда тело принимается за “я”, то есть цепляние за пять скандх, как за реально существующее “я”.

Например, у вас в руках миллион долларов. С такой ценностью людям, как правило, ни за что не расстаться. Но если вам приставят нож к горлу и пригрозят: “Кошелек или жизнь!”, – большинство предпочтет отказаться от денег, потому что жизнь дороже. Вот когда тревога минует, и жизни больше ничто не будет угрожать, вы, возможно, захотите вернуть и деньги: лучше бы, разумеется, сохранить и жизнь, и кошелек.

Обычно бывает так, что, обеспечив себе выживание, люди, затем начинают стремиться к комфорту, всеми силами добиваясь его и отвергая то, что причиняет неудобства. Например, если во время практики медитации в сидении у нас болит нога, мы хотим ее выпрямить. Нам не удается заметить, что боль в ноге – это просто феномен. Мы полагаем, что есть некое самостоятельное, отдельное “я”, которое с ощущений дыхания перескакивает на ощущение боли в ноге, затем переходит в желание выпрямить ногу – и так с огромной скоростью перемещается между контактом, ощущением, оценкой, желанием и действием – пятью из фрагментов двенадцатизвенной цепи взаимозависимого возникновения. Совершенно очевидно, что есть только воспринимаемые феномены, возникающие и исчезающие, но мы тем не менее считаем, что есть “я”, несущееся сквозь время и пространство.

Кроме того в процессе практики Чань люди нередко сталкиваются с детскими воспоминаниями о суровом или жестоком обращении родителей. Эти воспоминания вызывают очень сильные чувства, люди полностью теряют самообладание. Один человек никак не мог представить себе, что будет выполнять благодарственные простирания своим родителям, потому что перед глазами его стояло удручающее, полностью лишившее его веры в себя воспоминание о том, как они стыдили и позорили его. Таких примеров, когда люди, попав в плен воспоминаний, начинают испытывать сожаления, тревогу, страх, сомнения, очень много. Мы не осознаем причину, а она в том, что мы принимаем за “я” пять скандх и разделяем на “я” и “другое”.

Если мы достойно поступаем, говорим и думаем, но при этом не понимаем, что такое цепляние или привязанность, мы будем просто избегать дурного и стремиться к хорошему. Наши поступки, слова и мысли будут не более, чем благими деяниями на пути людей и небожителей, ведь в них по-прежнему будет присутствовать “я”, которое что-то достойное делает, говорит или думает по отношению ко всему остальному – тому, что находится снаружи тела и ума. Если изучение буддизма ограничивается благими деяниями на пути людей и небожителей, направленными на обретение благополучия, богатства и спокойствия, это тоже будет привязанностью. Необходимо с уровня воздаяния в человеческой сфере подняться до уровня таких благих деяний, которые не будут запятнаны целеполаганием благодаря осознанию пустотности трех аспектов даяния. Такова конечная цель. 

Язык буддийского учения проявляет свою силу лишь тогда, когда соотносится с нашим жизненным опытом. Наша основополагающая привязанность состоит в том, что мы, цепляясь за пять скандх, принимаем их за реально существующее «я». Только распознав это, мы можем освободиться от бесчисленных омрачений, вызванных этим ошибочным восприятием.

#сердце_Чань_по_Шурангама_сутре