Целый день моросит за окном, словно дождь рыдает,
В гинекее несчастная я о тебе тоскую.
Почему дорогой мой так долго не приезжает,
Разве можно, забывшись, забыть про тоску такую?

…

窗前细雨日啾啾，
妾在闺中独自愁。
何事玉郎久离别，
忘忧总对岂忘忧？

雨中忆夫 其一 Во время дождя думаю о муже, первое
晁採 Чао Цай (вторая половина VIII в., Династия Тан)

Чао Цай происходила из семьи ученых и литераторов и славилась не только своей красотой, но и образованностью и талантом к сочинительству. С детства она дружила с мальчиком из соседней семьи по имени Вэнь Мао. Оба были единственными детьми в своих семьях и часто играли вместе. Но когда они подросли, родители запретили им встречаться, не зная, что у юноши и девушки уже зародился роман. Этот роман вылился в тайную стихотворную переписку, передававшуюся через служанку Чао Цай. Я еще поперевожу ее, там красивое.

На первый взгляд – это типичные женские жалобы, как жанр поэзии, а не оценочное суждение. Девушка в горнице одна, тоскует о любимом. Но нам интересна последняя строка, где дважды повторяется “ванъ ю”, что значит “забыться, не знать забот, печалей, горя”. Строчка сложная для перевода еще и потому, что это похоже на отсылку к “траве забвения печали”, лилейнику… буквально “забудке”. Еще в Книге Песен была строчка “где мне найти лилейник, чтобы посадить его за домом”, говорящая о желании прекратить тосковать. Буквального упоминания “травы” или иного средства забвения тут нет, но этот повтор в строке неспроста. Поэтому я перевел его как переносное толкование в первом употреблении и буквальное – во втором.

К слову сказать, лилейник-то наш – из семейства Асфоделовые. А где росли асфодели и что они делали с памятью прошлой жизни мой образованный читатель знает и без меня. Такие вот параллели древних Китая и Греции.