ㅡ ♾♾♾ ``

Iron lung × Project Hail Mary
не задавайте вопросы, на которые я не смогу ответить.

Если бы у Саймона были слова, если бы он обладал возможностью говорить, это всё равно не дало бы ему ни шанса на спасение. Это была просто... непрекращающаяся агония. Кровь. Кровь и ужас вместо воздуха. Он галлюцинирует и гниёт здесь, под тоннами маслянисто-живого и взывающего к нему, но это не значит, что он может просто отменить, забыть, прекратить всё то, что происходит вокруг него. Библейский Ад? Вполне возможно, если представить, что это — кровь грешников, которые и должны были здесь сгореть, истечь и затушить вечные пожары преисподней.

Значит ли это, что он — король этих ублюдков? Не самый утешительный и безболезненный вывод.

Снова и снова. Непережитые боль и животный ужас, ярость и опьяняющая ненависть пропитывают воздух. Он чувствует их вкус в крови. Он испивает эту чашу до дна — давится, проклинает, захлёбывается, вспоминает имя Господа и снова кричит. Звук в кровавом море гаснет, едва выходя из его рта. Кровавое море — это он сам, растворённый по частицам как капля вина в океане. Его разум ничтожен, но достаточно замкнут, чтобы осознавать себя посреди этого ужаса — и миллионы голосов кричат, и кричат, и кричат, и кричат, и он сам вмешивает голос свой в вой ему. Тварь, убитая им, тоже орёт. Кажется, будто это снова его собственный вопль.

Саймон по-собачьи трясёт головой — волосы липкие от воды, к ним навечно пристал запах металла, они отвратительно чувствуются на коже. Холодно. Всё, о чём он мечтает — избавиться. От всего. От воды, от шума волн в ушах — он может быть в сотнях тысяч миль от каждой из кровавых Лун, но их океаны навсегда останутся в его голове, а он — в их тёмных смоляных глубинах. Как та тварь, то чудовище, тот инопланетянин никогда не был чужероден Лунам, так и он сам сейчас. Одна плоть. Одна кровь. Одна разрушительная воля. "Аве Мария" уносит с собой в космос частичку хтонического ужаса, навеки запечатлённого в его жилах.

ㅤ⤹ ⸝⸝ rt?

#разгонское