Почему все так уперлись?

Давайте вспомним, текущая война идет уже пять лет. На неё потрачены невообразимые деньги. Приложены сумасшедшие политические усилия. Убиты сотни тысяч людей. Принуждены к переезду миллионы. С двух сторон фронта. И ладно мы такие больные, уперлись рогом, ничего не понимаем в ценности жизни, как там ещё говорится.
Но наши оппоненты потратили в денежном выражении ещё больше. США, ЕС, Британия и сама Украина. Почему все готовы тратить такие ресурсы, ради, как говорится в либеральных медиа, Малой Токмачки?

Часто можно услышать, что у военного исхода будут «безумные политические последствия», но какие? Отсутствие понятного ответа на этот вопрос и побуждает многих людей верить, что Путин «просто сошел с ума», а ЕС «хочет российские ресурсы даром», или «просто боится признать ошибки». Давайте разберем какие последствия от этой войны могут быть. И почему она стоит своих усилий в глазах всех участников.

Прежде всего, замечу, что будущего никто не знает. И финальный исход может быть очень случайным. Но нам и не нужна эзотерика. Важно понимать какие варианты кажутся возможными с рациональной точки зрения. Они и являются ключевым фактором при принятии решений.

Конечно, в войне всегда очень, очень много иррационального. Например, ЕС страшно боится «ошибки умиротворения агрессора, нового Мюнхена», многие европейские политики искренне считают Россию чем-то омерзительным, страшным, варварским. Тем, чему сопротивляться нужно просто «естественно». Или просто из искренней веры в необходимость «защиты демократического выбора Украины».

Есть важные символические факторы при принятии решений и с российской стороны. Например, «историческая миссия», «защита русскоязычного населения», «защита выбора русской весны» и общее, глубокое непринятие идеологии украинского нацизма.

И там, и там не получится перевести конфликт в деньги. Он носит глубокий, очень ценностный характер. Тем не менее, это не значит, что у него нет рациональной стороны. Давайте сфокусируемся на ней.

Начну с дежурного напоминания: государства воюют не за квадратные километры. И мерять их на карте абсолютно бесполезно. Сотню раз говорил, и все равно приходятся это повторять. Территории имеют значение потому, что меняют политическую реальность после войны.

Малая Токмачка сама по себе действительно не стоит сотен миллиардов долларов. Не стоил их когда-то какой-нибудь холм HẽrDrakǒna во Вьетнаме, или деревня во Франции.

Линия фронта, особенно итоговая, это соотношение влияния. Кто кому может навязать свою волю. Здесь можете вспомнить текст о роли скорости в штурме линий обороны, чтобы я не повторялся. По этому, будем говорить об итоге территориальных измерений в войне в целом.

Допустим, война заканчивается как хочет Зеленский: примерно там, где она находится сейчас. Да, никто не знает, где именно проходит линия фронта. И нам точно будут говорить, что правда на картах DeepState (а если не верите, то на картах независимого ISW), но не важно. Допустим, даже Россия занимает часть ещё каких-то территорий, но Украина сохраняет основную часть страны, огромную армию, возможность получать западное оружие, вступать в ЕС, производить ракеты, дроны и строить военную инфраструктуру.

Тогда европейский политик может сказать своему избирателю: «Да, жалко украинцев конечно, дорого это было, да Украина потеряла территории. Но Россия не достигла главной цели. Украина сохранилась, Россия остановлена, Европа стала сильнее, дальнейшее продвижение оказалось невозможным».

Это хорошо продастся, как крайне тяжелая, но победа в достижении стратегических целей ЕС: Россию удалось сдержать совместным давлением.

Совсем другая ситуация возникает, если российская армия продолжает двигаться.

Допустим, Россия выходит к Запорожью, занимает оставшуюся часть Донбасса, продвигается на востоке Харьковской области, появляется угроза Харькову. Украинское государство приходит к выводу, что следующая стадия войны будет очевидно хуже. Важно слово «очевидно»: все видят, что потенциал армий настолько не сравним, что любое продолжение войны будет вести к критическим потерям

Часть 1 из 4