Здравствуйте, дамы и господа. Перед вами вновь Дорошенко Михаил Ильич, человек со старомодными взглядами и манерами. Манеры, впрочем, у меня советские, откуда другим взяться! Придерживаюсь традиционных взглядов на искусство, дальше сюрреализма не пошёл. Считаю всё новомодное в современном кинематографе гринуевщиной.
Не обращайте внимания на ошибки, допускаемые мною в текстах. Я человек рассеянный с детства, пропускник занятий, как и Богумил Грабал, а сейчас к тому же и в возрасте. Господь в Ветхом Завете определил человеку семьдесят лет жизни, кому повезёт, тому и за восемьдесят даже. Мне пока повезло, живу в подарочном времени, чуть было не написал «в прибауточном», в прибавочном, то есть. Раньше печатал вслепую, не глядя на буквы, а ныне, вы уж не обессудьте, стал путать косточки на «Клаве», как сейчас говорят «айтишники».
Я – созерцатель, большую часть жизни провёл в видениях, которые тщательно отобразил в своих произведениях. Обладаю способностью, разговаривая с собеседником, уходить в пространство возникающего передо мной сюжета, чем постоянно удивлял супругу, требующую возращения из инобытия. Перефразируя цитату из фильма «В горах моё сердце», меня можно назвать «самым известным из всех неизвестных писателей в мире». Загляните в Ридеро, там можно купить электронные версии моих книг и печатные тоже.
Все мои тексты построены по кинематографическому принципу, поэтому называю свои произведения визуальной прозой, близкой к сценарному мастерству, что позволяет мне разбираться в кино не только с точки зрения киноведа, но и создателя образов. Вот и познакомились! Вернёмся к теме.
Первая полнометражная картина Немеца «Алмазы ночи» была создана в 64-м году, вторая, «О празднике и гостях», — в 66-м. В том же году он стал снимать «Мученики любви» и закончил в 1967. Хамдамов в том же году получил приз на студенческом кинофестивале за свой шедевр «В горах моё сердце» со всеми его натюрмортами и придумками, схожими с теми, какие использованы в «Мучениках», что, повторяю, для меня — загадка.
Особую роль в составлении чудесных натюрмортов в фильмах Немеца сыграла жена режиссера Эстер Крумбахова, соавтор сценария и фактически сорежиссёр «Мучеников». Если Вавру считали отцом чешской новой волны, то Крумбахову приравнивали к «её» матери. Она столько раздала своих придумок, что, если вынуть их из фильмов, чешское кино мгновенно обеднело бы. К сожалению, Немец оставил Эстер, влюбившись в Веру Кресадлову, актрису, которая играла прекрасную незнакомку в третьей новелле. Впрочем, молва гласила, что у них с Эстер был договорной брак, построенный на обоюдной любви к искусству.
Фильм «О празднике и гостях» вызвал бурю негодования в советской прессе. Интересно было наблюдать, как авторы «негодований», слетались на подпольные просмотры чешских фильмов и восторгались о них в кулуарах. Мне удалось в те годы посмотреть десяток таких картин, в том числе «О празднике и гостях». Фильм представляет из себя сатиру на тоталитарное общество. Но…
Вместо того, чтобы намекнуть на то, что перед нами штурмовики в эпоху конца двадцатых годов в Германии, так нет же, Немец показывает безвременье, что можно и «к нам» отнести.
Нашлись умники в прессе, которые утверждали, что из-за таких фильмов, как «О празднике и гостях», были введены войска в Чехословакию. Не думайте, что содержание фильма относится только к фашистскому прошлому.
У каждого хозяина жизни свои причуды, а в фильме как раз и показан такой самодур, место которого в нашем обществе занял искусственный интеллект. Хозяину вечеринки не понравилось, что с его дня рождения ушёл человек.
В его понимании это - уголовное преступление.
Начинается фильм с пленэра, группа людей устраивают «завтрак на траве». Вдруг откуда ни возьмись возникают, словно «лесные братья» из прошлых времен, какие-то наглые мужчины и тащат участников пикника в лес, где на поляне устраивают над ними суд, который оказывается шуткой. Появляется «добрый» пастырь, журит участников «шутки» и приглашает всех к себе на день рождения, но как-то очень уж настойчиво приглашает.

#кинематограф_чешской_весны