“Малхолланд драйв” до “Малхолланд драйва”. Утраченная классика американского пост-джалло. Лавкрафтовская эротика поколения X.

- Что это, Бэрримор?
- “Доппельгангер”, сэр.

Не так просто поверить, что все вышесказанное относится к самому недооцененному фильму 1993 года сегодняшней юбилярши: Дрю Бэрримор - 50! И несмотря на нежную любовь вашего покорного слуги к ее коллаборациям с Адамом Сандлером, источающим свет и благость, сегодня мы поговорим, пожалуй, о её самом мрачном фильме, после которого сам “Донни Дарко” начинает выглядеть не таким уж “Дарко”.

В первой же сцене фильма нам показывают саму Бэрримор, облаченную в классическую униформу маньяка – чёрный плащ, чёрный платок вокруг головы, солнцезащитные очки и перчатки (угадайте, какого цвета).

Тревожный секс и кровавая расправа в замедленной съёмке не заставляют себя долго ждать, после чего юная девушка, полная надежд, прилетает в Лос-Анджелес, чтобы заселиться в идиллический домик с садом под безоблачно синим небом, сияя наивным взглядом (и если эта сцена не напоминает вам появление Наоми Уоттс в самом популярном фильме Линча - вам стоит пересмотреть если не сам фильм, то свои взгляды на кино).

В городе ангелов героиня Бэрримор надеется скрыться от своего “злого двойника”, а заодно - от обвинений в убийстве, предположительно совершенного ее доппельгангером.

Правда, красно-зеленое освещение в духе “Суспирии”, землетрясения, развешанные по стенам ее квартиры вырезки из газет в духе “Диета экзорциста” и “К Земле приближается отряд НЛО” не очень-то помогают отвлечься от тяжёлых мыслей, а придурковатый хозяин квартиры, работающий над сценарием о вампирах-любовниках, оперативно ныряет из комической пучины в глубины тревожности и паранойи, заряженной эротическим напряжением.

Агенты ФБР, галлюциногенные танцы под нью-эйджерский трип-хоп, льющаяся из-под душа кровь, дух одноэтажной Америки, жуткий готический особняк, восковые клоны, “телесный хоррор” в духе “Восставшего из ада” и даже Дэнни Трехо, получающий от Дрю Бэрримор крепкий удар между ног - в этом фильме есть буквально всё, чтобы угодить самой взыскательной аудитории.

Однако, чтобы полностью проникнуться “Доппельгангером”, имеет смысл немного выйти за рамки картины и увидеть “всё, что скрыто”.

Во-первых, эта история о кризисе самоидентификации служит жирным комментарием к конкретному этапу кинокарьеры самой Бэрримор. Успев хлебнуть славы и сопутствующих дурных привычек и выйдя из амплуа вечной школьницы, в период с 1991 по 1993 год она сама находилась “в активном поиске” себя.

В 1991 году вышла анти-потребительская фантасмагория о взрослении “Моторама”, сценарий к которой написал Джозеф Миньон, подаривший нам “После работы” Мартина Скорсезе и “Поцелуй вампира” с Николасом Кейджем.

Несмотря на жесткую жанровую, да и атмосферную разницу между “Моторамой” и “Доппельгангером”, эти два фильма служат идеальной аркой для истории, которая разыгралась в жизни самой Бэрримор. В “Мотораме” она играет недосягаемую “девушку-фантазию”, “девушку-мечту”.

Но, как и в “После работы”, сюрреалистическая атмосфера “Кафки эпохи Mtv” не даёт зрителю обмануть себя - перед нами откровенная постмодернистская сатира, высмеивающая мертвенно-глянцевую природу желаний, которыми бездушные корпорации пытаются подменить настоящую жизнь, где любая мечта идёт рука об руку с разочарованием, попытка стать “лицом с обложки” приводит лишь к жесткому шварканью щекой об асфальт суровой реальности, а то, что можно назвать сомнительным словом “свобода”, лежит лишь по ту сторону отчаяния.

Собственно, если включить “Доппельгангера” сразу после “Моторамы”, то можно легко словить эффект упомянутого выше “Малхолланд драйва” - плюшево-рекламный мир вместе со всеми населявшими его чудаковатыми растяпами растворился в VHS-шумах, детство закончилось, розовые воспоминания о “прекрасном вчера” всё больше напоминают попытку скрыть что-то ужасное, а во рту вдруг появился привкус чьей-то крови - и остаётся только молиться, что своей…

#полувековой_юбилей
#Дрю_Бэрримор
#кино_по_итальянски