В прошлый раз мы оставили Тото буквально у врат ада. Надеюсь, за прошедшую неделю вы набрались сил и храбрости - ведь сегодня мы нырнём вслед за ним в самое пекло преисподней…

“Тото в аду” (1955 год) начинается довольно благообразно. Во вступительной части фильма режиссер Камилло Мастрочинке разыгрывает расхожую комическую коллизию - “чемпион мира среди безработных” Антонио Марки предпринимает несколько попыток расстаться с жизнью, однако и в смерти всё у него идёт наперекосяк - городские службы то отключат в доме газ, то установят знак “в этом месте самоубийства запрещены” прямо напротив моста через манящую прохладой речку…

Но как говорил шофер товарища Саахова: “Кто нам мешает - тот нам поможет!” Несколько раз обломав суицидальные планы Тото, нерадивость муниципалитета, хоть и с опозданием, но приводит его к желанному результату. Когда Марки уже дозревает до того, чтоб махнуть на всё рукой и жить дальше, под его ногами обламывается тот самый мост, с которого запрещается прыгать самоубийцам, и наш герой опускается на дно прохладной реки - в самое пекло подземного мира.

Где его уже ждет на своей лодке перевозчик душ Харон. Однако в этом фильме, в отличие от “Тото на Джиро д’Италия”, уже не предусмотрено появление создателя итальянского Инферно - Данте - который мог бы проследить за неукоснительным соблюдением написанных им собственноручно адских законов (видимо, ему надолго хватило предыдущей встречи с великим комиком), и Марки с легкостью забалтывает мрачного лодочника, оставив того без причитающейся по долгу службы монеты.

Встретив в первом же круге ада (убранство которого составило бы честь самому Дали) своего старого земного приятеля по мелким пакостям, Тото узнаёт, что инферно подозрительно смахивает на Италию - местные власти уделяют больше внимания торгашам из северных областей, куда попадают души из Милана, неаполитанцы могут похвастаться сплоченным землячеством, движением страдающих грешников управляет чертила-регулировщик, а сатанинский секретарь-архидемон Бельфегор нагло отнимает у них сигареты.

Так как отделение для самоубийц оказывается переполнено, Марки поначалу хотят было отправить к убийцам, но ушлый неаполитанец умудряется выхлопотать себе комнатушку без отопления, но зато с исправным огнепроводом, туалетом и панорамным видом на терзаемых блудниц (среди которых можно встретить и Мессалину - жену императора Клавдия, и Елену Троянскую, словно забредших сюда из соседнего павильона, где снимают пеплумы), куда его не пускают в отсутствие люксового VIP-статуса.

Покопавшись в документах, чортова канцелярия выясняет, что Марки был впервые рождён в античную эпоху под именем - ни много, ни мало - Марка Антония. Насколько достоверным можно считать такой источник - остаётся на усмотрение зрителя, так как даже Клеопатра (по которой в преисподне сохнут император Октавиан и сам Люцифер) без тени сомнения начинает флиртовать с Тото, в то время как наш герой до самого конца фильма ничем не выдаёт в себе талантов легендарного полководца.

Счастливые своим незнанием о выходках земных миллиардеров 21 века, Клеопатра и Марки встречают друг друга вскидыванием правой руки - вот только на римское “Аве!” одуревший землянин отвечает “Хайль!”, чем смущает даже сопровождающего их демона. Отдельного упоминания стоит тот чудесный волапюк, на котором бывшие любовники говорят между собой:

-Две тысячис летус ожидатилум я в этум местос.
-Душа моей души! Как архибус тебя любус! Любус любус эст!
-Один моментимус!
-Кто это?
-Твоя тёща.
-Занозус в анус! Чёрт побериум!
-Подлиум трусус! Мерзавиус!
-Не к ночи помянитус, тёща меа…
-С удовольствиус разбилабиум тебе головум!

И так далее в том же духе.

#кино_по_итальянски