Визит Дональда Трампа на Ближний Восток показывает, что глобализация никуда не исчезла, хотя и трансформировалась в нечто более знакомое по советским учебникам, где особое внимание уделялось империализму.

Глобальный мир выглядит сейчас не таким, как еще десятилетие назад. Миграционные потоки воспринимаются развитыми странами уже не столько как ресурс, сколько как угроза. Усиливаются правые партии, настаивающие на ограничении миграции. Трамп развязывает тарифную войну, причем в качестве защитника мирового свободного рынка выступает коммунистический Китай, которому – как «мастерской мира» - этот рынок крайне выгоден. Впрочем, тарифная война привела к тому, что и Китай начинает играть по «военным» правилам, усиливая контроль за экспортом стратегически важных редкоземельных металлов, что, в свою очередь, вызывает жесткую реакцию Трампа.

Но означает ли это, что глобализация закончилась? Спешить не надо. Значительная часть составляющих глобального мира никуда не исчезает. Остается Интернет, который, как выяснилось, резко расширяет возможности в том числе и для критиков глобализации. Фрагментация информационного пространства по идеологическому признаку происходит в рамках одной глобальной сети, где люди могут конструировать приемлемую для них медийную повестку, не будучи зависимыми от приоритетов руководства телеканалов.

Культурная глобализация также никуда не исчезла. Олимпийские игры, Нобелевские премии и Голливуд с его Оскарами много и активно критикуют, но конкурентоспособных альтернатив им никто не придумал.

Мировые политические процессы остаются глобальными, причем иногда в более открытых формах, чем раньше. Илон Маск откровенно подыгрывает «Альтернативе для Германии». Трамп публично желает победы Виктору Орбану на предстоящих выборах. Джей Ди Вэнс обвиняет европейские элиты в нарушении демократических принципов в отношении крайне правых.

И старый американский изоляционизм больше не работает. Конгрессвумен Марджори Тейлор Грин, требующая прекратить любую поддержку любых иностранных государств, находится в явном меньшинстве в собственной партии. А Трамп демонстративно мирит страны и народы, демонстрируя свою доминирующую роль. Вспомним, что США вышли на мировую арену после Портсмутской конференции, где Теодор Рузвельт помирил Россию и Японию и получил Нобелевскую премию мира.

В экономической сфере, несмотря на протекционистские тенденции, мировой рынок никуда не исчез. В финансовой сфере глобализационные процессы только усиливаются с появлением криптовалют, на что государства вынуждены реагировать. Частичная реиндустриализация, попытки которой – с неясным пока результатом – происходят в США и Германии, не противоречит глобализации, так как постиндустриальное общество не является синонимом глобализации. К тому же сфера услуг не просто продолжает играть значительную роль в росте ВВП, но и постоянно совершенствуется.

А что нового? Борьба за ресурсы и рынки сбыта, в ходе которой формируются и распадаются коалиции. Но это уже проходили в период империализма, когда старый колониализм уступил место новым, более сложным, процессам. Если перефразировать известную ленинскую фразу, то империализм – это первая стадия глобализации. Сейчас идет речь о частичном возврате к этой фазе – хорошо бы, чтобы без свойственных ей мировых войн.

Вопрос в том, будет ли эта борьба проходить в рамках выработанных правил, или же нет. А это во многом зависит от того, выльется ли жесткий торг между США и Китаем в полномасштабную конфронтацию. На рациональном уровне ее не хочет ни одна из сторон, но эскалация имеет свою логику - как это было, например, летом 1914 года.

Алексей Макаркин