«Начать нашу встречу хотел бы с наиболее чувствительной темы - с авиационной трагедии, которая произошла в нашем небе», - так начал непростой разговор с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым российский лидер Владимир Путин.

Их переговоры, прошедшие в Душанбе в резиденции Кохи Сомон «на полях» саммита СНГ, еще до их начала вызвали значительный интерес. И на то было множество оснований. Во-первых, Путин и Алиев встретились впервые в 2025 году. И причиной такой паузы в общении стало охлаждение отношений. Триггером этого стала трагедия- авиакатастрофа самолета авиакомпании «Азербайджанские авиалинии», случившаяся в декабре прошлого года.

И хотя вскоре после этого по инициативе Владимира Путина состоялся телефонный разговор с главой Азербайджана, и президент РФ выразил соболезнования по случаю гибели граждан этой страны, в Баку реакцию Москвы сочли недостаточной. Через несколько месяцев после этого ситуация стала напоминать конфликтную воронку. Негатива добавляли другие инциденты, связанные с действиями российских правоохранительных структур в отношении этнических азербайджанцев (граждан России или прикаспийской республики). В отличие от разночтений и расхождений в отношениях Баку и Москвы в прежние годы, на этот раз от жесткой критики РФ не воздержался и Ильхам Алиев.

Однако ситуация начала разворачиваться в противоположном направлении. Сначала азербайдажнской лидер поздравил Владимира Путина с днем рождения, затем в СМИ была озвучена информация об участии Алиева в душанбинском саммите и его переговорах с российским президентом. 9 октября встреча состоялась. Она длилась более часа. И львиную долю времени переговоры были посвящены декабрьской трагедии 2024 года. Путин заверил своего собеседника в том, что Москва «сделает все необходимое» для обеспечения компенсаций семьям жертв трагедии. Со своей стороны, Алиев, обращаясь к своему визави, констатировал: «Вы лично контролируете ход следствия, и у нас не было сомнений, что оно объективно во всем разберется».

Налицо важная эмоциональная составляющая. Наиболее чувствительный вопрос последнего года проговорен двумя сторонами, найдена общая платформа для выхода из кризиса. Но можем ли мы говорить, что Баку и Москва выйдут на «старую нормальность» и начнется новая беспроблемная эпоха? Хотелось бы заразить читателей оптимизмом, но факты говорят о том, что все не так просто. История с самолетом азербайдажнской компании- страшная трагедия. Но она не была бы с такой легкостью политизирована, если бы не подпитывалась системными разночтениями в подходах Москвы и Баку к Кавказу. После того, как Карабах перешел под азербайдажнской контроль, а российские миротворцы покинули его, Азербайджан усилил свое взаимодействие с Турцией (и опосредованно с Западом), снизив интерес к кооперации с РФ. И то, на что до истории с самолетом не обращали особого внимания (союзничество Баку и Киева, например), вышло на первый план. Но оно и не исчезнет из повестки после душанбинской встречи. Как и не перестанет быть конкурентом ОДКБ и ЕАЭС проект Организация тюркских государств, чей саммит всего за пару дней до душанбинских переговоров Ильхам Алиев принимал в Габале.

Сергей Маркедонов