В последнее воскресенье сентября в Молдове пройдут парламентские выборы. Их значение невозможно переоценить. В какой-то степени оно даже большее, чем у прошлогодней президентской кампании. Вопрос стоит ребром. Или команда президента Майи Санду получает лояльный парламент, что автоматически обеспечит формирование лояльного кабмина и контроль над судебной властью. Или Молдова возвращается к двоевластию, которое для нее до 2021 года было, скорее нормой, чем аномалией.

Молдавские выборы имеют множество измерений. Это и столкновение партий и движений, и борьба за внешнеполитическое определение, которое очень тесно связано и с идентитарным выбором. Что представляют собой Молдова и ее народ? Это отколовшаяся часть большой румынской нации или отдельный национально-государственный проект?

При ответе на эти вопросы нельзя пройти вниманием фактор Приднестровья. Он всякий раз возникает в ходе электоральных баталий. Известный молдавский исследователь Николай Цвятков справедливо замечает, что «реинтеграция уже пустила корни», а 95% жителей ПМР имеют молдавский паспорт. При этом эксперт констатирует неразрешенность двух проблем: геополитической ориентации Молдовы и региональной безопасности.

Здесь стоило бы вспомнить об аргументе другого известного ученого и политика из Кишинева Марка Ткачука, постоянно говорящего о том, что молдавские власти просто боятся приднестровских избирателей, не знают, как выстраивать с ними диалог. Не потому ли молдавский ЦИК регулярно сокращает число избирательных участков на Левобережье. (В 2021 году их число равнялось 41. Но в канун кампании- 2025 оно сократилось до 12. Но и этого, похоже, Кишиневу оказалось мало. 25 сентября, то есть всего за три дня до голосования ЦИК республики принял решение перенести участи подальше от проблемного региона. В итоге пять участков были перенесены ближе к столице в Новые Анены, Каушаны и Кишинев.

Формально такое решение принято по соображениям безопасности. Правоохранительные органы Молдовы заявили о рисках для избирателей. Стандартный набор. В медиа и в официальном пиаре республике образ «криминального Приднестровья» продвигается не первый год. На выходе получается, что жители непризнанной ПМР – обладатели молдавского паспорта (это, между тем, почти 90%) получат значительные обременения для своего волеизъявления. Выходит, что стихийно реинтегрированные избиратели не нужны властям, чей «символ веры» - не единство молдавской гражданской нации, а вестернизация любой ценой.

Сергей Маркедонов