Лишение Марин Ле Пен права баллотироваться на выборах 2027 года происходит в условиях, когда она является реальным кандидатом на победу.

Это уникальная ситуация для Франции. Там раньше судили и приговаривали экс-президентов (Жака Ширака и Николя Саркози), но они уже не претендовали на переизбрание. Ширак по возрасту, Саркози в силу невысокого рейтинга. Судили и приговаривали экс-министров, которые не были кандидатами в президенты. В данном же случае речь идет о лидере гонки – мартовский опрос социологического института Ifop дает ей 34-37% (в зависимости от набора соперников).

Но более важно даже другое. В апреле 2024 года Ifop попытался спрогнозировать результаты второго тура выборов с участием Ле Пен, «номера два» в ее партии Жордана Барделла и двоих макроновских премьер-министров – Эдуара Филиппа и Габриэля Атталя. Выяснилось, что Ле Пен выигрывает у Филиппа в соотношении 51% к 49%, а у Атталя – 53% к 47%. Барделла также побеждает Атталя – 51% к 49%, а в случае соперничества с Филиппом их шансы равны. Но главное в этих опросах – что и у Ле Пен, и у Барделла есть реальный шанс на победу во втором туре. Хотя и не безусловный. Страх многих умеренных избирателей перед фамилией Ле Пен, сыгравший сдерживающую роль в 2017 и даже в 2022 годах, ушел в историю.

И выборы могут преподнести сюрпризы – во Франции такое случалось не раз. Самый яркий пример - в 2002 году Жан-Мари Ле Пен, опередив премьера-социалиста Лионеля Жоспена, неожиданно вышел во второй тур, где, правда, разгромно проиграл шедшему на второй срок Жаку Шираку. И тут появляется самый кошмарный для французского политического мейнстрима сценарий выборов-2027. Если выдвигается слабый центристский кандидат, остающийся по итогам выборов на третьем или даже четвертом месте. А первые два занимают кандидаты от Национального объединения и леворадикальной «Непокоренной Франции».

Социологи из Ifop год назад «спроектировали» второй тур: Ле Пен против Жан-Люка Меланшона. Оказалось, что в этом случае средний класс массово переходит к Ле Пен с тем, чтобы любой ценой избежать победы Меланшона, которого французские буржуа считают опасным революционером. «Республиканская мобилизация», которая неоднократно останавливала Ле Пен (в том числе на парламентских выборах прошлого года) в этом случае полностью рассыпается, и Ле Пен получает почти две трети голосов. То же самое, понятно, относится и к Барделла.

Но у Барделла нет такого политического опыта, как у Ле Пен, что может проявиться в ходе жесткой избирательной кампании, где ему придется полемизировать с ведущими политическими деятелями Франции. И он слишком молод – в этом году ему исполняется 30 лет, и не имеет высшего образования – бросил университет, чтобы уйти в политику. Эти факторы могут повлиять на мнение колеблющихся избирателей – разумеется, если во второй тур выходит не Меланшон.

И еще один немаловажный момент. Марин Ле Пен прошла через десятилетия бойкотов в отношении ее семьи. И нет никакой гарантии, что придя к власти, она не начнет крушить укоренившиеся французские институты, которые всегда были для нее чужими и враждебными. Тем более, что есть актуальный заокеанский пример, когда Дональд Трамп мстит своим противникам, стремительно меняя привычные правила игры. У Барделла обид существенно меньше – он принадлежит уже к новому поколению лидеров крайне правых и никогда не работал с Жан-Мари Ле Пеном.

Алексей Макаркин