Сразу же после подавления алавитского восстания Ахмед аш-Шараа и лидер курдских Сирийских демократических сил (СДС) Мазлум Абди подписали соглашение. Сторонники новых властей Сирии уже заявляют, что война в стране завершена.

В соглашении ничего нет о курдской автономии, полностью неприемлемой и для Дамаска, и для Анкары. Есть только «признание курдского сообщества неотъемлемой частью Сирии и обеспечение его конституционных прав». То есть страна остается унитарной, а формат обеспечения прав курдов окончательно будет согласован позднее – в ходе подготовки новой Конституции. Процесс этот будет долгим – пока что планируется принять конституционную декларацию как основу будущего основного закона. Представители СДС не были приглашены на февральскую конференцию по национальному диалогу – теперь, видимо, их подключат к конституционному процессу, но ведущую роль в нем, как и раньше, будут играть люди аш-Шараа.

Уже сейчас известно, что курды смогут изучать свой язык в школах и отмечать свои праздники. Жестко унитаристский режим Хафеза и Башара Асадов не хотел предоставлять им таких возможностей. Аш-Шараа пока более гибок – с учетом того, что эти права и так уже де-факто реализуются на контролируемой СДС территории.

Также предусмотрена «гарантия права всех сирийцев на представительство и политическое участие на основе заслуг, независимо от религии и этнического происхождения». Эта формулировка исключает национальные квоты в будущих органах власти, которые существуют в соседнем Ливане.

В документе зафиксирована «передача всех гражданских и военных учреждений на северо-востоке Сирии, включая пограничные пункты, аэропорты, нефтяные и газовые месторождения, под контроль государства». Процесс этот планируется завершить до конца года. Если этот пункт будет выполнен, то режим аш-Шараа решит одну из своих главных задач по установлению контроля над всей территорией страны. Останутся вопросы с пребыванием на пограничных территориях дружественных (сдерживающих сейчас курдов) турецких и недружественных израильских войск.

Зато курды обещали бороться с «остатками сил Асада». То есть зафиксировано, что никакой военной «коалиции меньшинств» против нынешнего режима не будет. У курдов собственные интересы, которые расходятся с алавитскими – и аш-Шараа сейчас демонстрирует готовность их частично учитывать. Кроме того, у курдов еще свежи воспоминания о доминировании алавитов и связанной с ним дискриминации. К новым властям у них претензий меньше. Можно вспомнить, что еще в декабре курды стали использовать новые сирийские флаги с тремя красными звездами вместо двух зеленых – это был символический шаг, но в таких случаях и символы важны.

Любые шаги навстречу курдам могут быть негативно восприняты Турцией – но аш-Шараа достаточно самостоятельная фигура. Кроме того, основные опасения Анкары были связаны с возможностью курдской автономии – а сейчас ее нет. И границу теперь должны охранять военные из Дамаска, что турок устраивает.

Согласие курдов на эти условия может быть связано с несколькими факторами. Это и демонстрация военного ресурса нового режима, который куда более дееспособен, чем у Асада. И курдское население, как и арабское, хочет мира – поэтому сообщения о подписании соглашения были встречены ликованием и в Дамаске, и в Ракке. И США, поддерживающие курдов, не будут воевать за них с режимом аш-Шараа.

Каковы перспективы? К ним стоит относиться с осторожностью, исходя из того, что обе стороны имеют опыт военных действий. И что подписание документов не означает их обязательного исполнения. В соседнем Ираке в 1970 году молодой вице-президент, реально руководивший страной, подписал с курдским лидером куда более масштабное соглашение о создании автономии. Тогда это рассматривалось как важнейшее политическое решение, но время показало, что оно стало только передышкой перед полным разрывом и новой эскалацией. Звали того вице-президента Саддам Хусейн.

Алексей Макаркин