Консорциум инвесторов во главе с американской инвестиционной компанией BlackRock договорился о приобретении контрольного пакета акций компании по управлению портами по обе стороны Панамского канала у гонконгской CK Hutchison Holdings. Консорциум также согласился выкупить контрольный пакет CK Hutchison в 43 портах в 23 странах. Цена вопроса - $22,8 млрд.

Еще в 1997 году Панама предоставила на 25 лет концессию Hutchison Ports PPC, подразделению гонконгской компании Hutchison Whampoa, на управление портом Бальбоа на тихоокеанской стороне и портом Кристобаль на атлантическом входе в канал. В 2015 году Hutchison-Whampoa стала называться CK Hutchison Holdings. Как раз в 1997 году Гонконг только перешел под юрисдикцию КНР, но на условиях сохранения автономии на 50 лет (а дальше никто не смотрел) и капиталистической системы. Фирма Hutchison основана еще в 1877 году английским бизнесменом Джоном Хатчинсоном, а поглощенная ею компания Whampoa – в 1863-м, также англичанином Джоном Купером.

Впрочем, в 1970-е годы яркий представитель британско-гонконгской элиты сэр Дуглас Клэг, бывший главой Hutchison Whampoa, переоценил свои возможности в ходе агрессивной экспансии, и потерял контроль над компанией, перешедший к банку HSBC. А тот в 1979 году продал фирму гонконгско-китайскому бизнесмену сэру Ли Ка-шингу, имеющему серьезные связи в Пекине. Под его руководством компания выросла в крупнейшего в мире частного оператора портов, а также в крупную торговую, строительную, телекоммуникационную и энергетическую транснациональную корпорацию. В 2018 году в возрасте 90 лет Ли Ка-шинг передал пост главы компании своему сыну Виктору Ли, но остался его старшим советником (он занимает эту должность и сейчас в свои 96 лет), сохраняющим реальный контроль над CK Hutchinson.

Так что, несмотря на свой британский титул, Ли Ка-шинг воспринимался как «человек Пекина». И хотя его отношения с Си Цзиньпином носят непростой характер (Ли не был восторге от того, что Пекин при нем фактически установил контроль над Гонконгом, не дожидаясь окончания 50-летнего срока), но связи с Пекином от этого никуда не исчезли. В 1997 году США довольно спокойно отнеслись к панамской сделке гонконгской компании – тогда были надежды на политическую либерализацию в КНР, а сам Китай не претендовал на роль соперника Вашингтона. Но сейчас ситуация принципиально изменилась.

Чем дальше, тем больше присутствие CK Hutchinson в портах Бальбоа и Кристобаль стало восприниматься в США как угроза их интересами. К тому же Китай во второе десятилетие XX века инициировал в зоне канала новые инвестиционные проекты, которым американцы начали противодействовать. И небезуспешно. В 2020 году, еще в ходе первого срока президентства Дональда Трампа, Панама отказалась от строительства четвертого моста через канал, которым должны были заниматься китайцы. А в 2021 году уже в президентство Джо Байдена, Панама отозвала у китайцев лицензию на строительство порта в провинции Колон при входе в Панамский канал со стороны Карибского моря.

Но противостояние США и КНР в Панаме проходило с переменным успехом. В 2021 году Панама продлила концессию с Hutchinson Ports PPC по управлению Бальбоа и Кристобалем еще на 25 лет. В начале нынешнего года Трамп развернул мощную кампанию, заявив, что Панамский канал принадлежит Китаю и обещая вернуть контроль над каналом.

Источник Wall Street Journal, непосредственный участник сделки, рассказал, что CK Hutchison сначала рассматривала возможность оспорить в судебном порядке любые попытки вывести портовый бизнес из-под своего контроля. Однако предложение от BlackRock оказалось очень выгодным и «элегантным», так что Ли Ка-шинг, за которым оставалось последнее слово, решил пойти на сделку.

По сути, это стало первым реальным внешнеполитическим успехом Трампа. До этого в начале февраля Панама заявила, что не будет продлевать действие меморандума о взаимопонимании с Китаем по инициативе «Пояс и путь». Однако это символическое решение, а вот переход контроля над портами куда более важен как экономически, так и политически.

Алексей Макаркин