Буфет Вещает

​​Ля сите дэ мюге а векю сэ ньюи...
Сегодня форсится 30 лет "La Haine"
Поговорим про "Ненависть" и почему Буфет имеет ебанутую приставку Мон Фрэр.
Я думаю, что концепция того, что когда-то было прикольным андеграундом начинает корёжить после того, как оно начинает нестись из каждого утюга с приставкой "культового".
Помню пару лет назад Оманко и прочие моднейшие столичные каналы начали выкладывать и разбирать фильмец про негров с Винсаном Касселем, вдохновляясь эстетикой, с приставкой "ебейшее", "культовое", "любим", "ценим".
Кстати, эстетика Питерского Щита тоже продиктована этим фильмом, но там, думаю, такие же психи, как я, в этом плане.
К чему пиздёж весь — что вы заебали трогать наш андеграунд, пиздюкам и хипстерам не надо пиарить то, на чём жили мы.
Поэтому и начинает корёжить.

Для меня это фильм, с которого я услышал о диджее Каткиллере, его микс с NTM позже и их бессмертная песня Touche pas à ma musique, далее IAM, мне 16, и мы играем в стритбол в Подольске, и я слышу песню Petit Frère и понимаю, что хочу читать рэп.
Думаю, о нейминге дальше можно не проводить параллели... 2007 год на дворе.
Далее я поступаю на лингвистику и становлюсь переводчиком французского языка — угадай почему?

Про какую культовость вы все несёте, кому-то — мода, кому-то — образ жизни...
Птит фрер для вас этим воскресным вечером.

Этим прекрасным майским полуднем хочу флешбекнуть в 2014г, когда я только перебрался в Петербург, мы были счастливы, молоды, а умы волновала весна и надвигающиеся белые ночи и писались такие треки. Одни из самых вайбовых в дискографии. 11 лет, а будто бы вчера!

ИИ или старый посеял интригу? Ваши версии, господа и дамы…

​​Рано или поздно я должен был написать этот пост, посвящённый сербскому репу. Мои отношения с этой страной тянутся ещё с 2014 года, и эта история будет именно про ту старую, добрую — а не про новую, релокантскую. Кстати, это одна из причин, почему назад не тянет.
БС играл по спортивным залам разных коллективов, которые любили бить ебала друг другу после футбола — как раз в начале десятых. Тогда отечественные группы в лице 25/17 сделали для популяризации этой музыки максимально много. Не знаю, какая там была дружба, но Москва — и чуть позже отдельно Питер. Думаю, это был пик сербодрочерства. Время золотое. Обожаю.

Потом — отменённые концерты, сами сербы, которые поняли, что благотворительные концерты у нас не работают. Детям Косово денег кидать никто не будет — пивко можно взять же. Но суть не в этом.

За ломаным, странным языком, который так и манит какими-то околознакомыми словами, кроется намного больше. Думаю, многие ассоциируют Сербию с Россией нулевых, и в музыке это сохранилось. Всё деревянное, топорно, но струны души играют на максималках.
И БС — это просто мейнстрим, но можно залезть дальше: THCF, Психоактив Трип, Smoke Mardeljano, Марлон Брутал, Сале Тру, ВИП. Пока все будут слушать малолетних папкиных бандитов, я продолжу рассказывать о том, что есть музыка, в которой надо чуть разобраться — а потом вас не отпустит, обещаю.
Сейчас, естественно, половина коллективов мертва. БС, на мой взгляд, тоже погнали в политику, а не в музыку. Но субботнее утро под пару треков — никто не отменял. Она проснётся утром, скажет: «Федь, ты ебанутый», уйдёт, хлопнув дверью — но она так и не узнает, что nema povlačenja, nema predaje.

Больше не страдаем. Всем понятно?

пивной тату-буфет

21 февраля
21:00

в эту пятницу гремим на полную катушку. план следующий:
• презентуем пиво ТОП КОТ от Егора Лещëва в коллаборации Khoffner и Brewlok
• разыгрываем ящик этого самого пива среди гостей
• продолжаем вечер под dj-set от Феди Буфета
• и всё это в компании Коли

вход свободный, увидимся

​​Расскажи как хобби твою семью прокормит.
Слушаю Небро – Ван Гог и сублимирую на тему музла и нашего проссанного андеграунда. Кстати, от Честера как-то был биток на трек с Капоником, который сейчас бы ебанул нам по голове.
Помню в начале 10-х годов я говорю брату:
– Меня позвали выступать в Волгоград, погнали?
Он говорит:
– Естественно, газуем.
Мы срываемся числа второго января едем сквозь лютую снежную кутерьму. Потом знакомимся с Женей, Витей Околорепом, Александр – хэдлайнером. В том же году мы поедем в довоенную Украину, к одесситам из Стопэ. А чуть позже уже будем на Малсаде Ленинградском орать с Кодлой, когда казалось, что уровень у парней – пиздец и Емуш весь в татухах с Витькой резали взгляд.
С Витьком мы потом проживем не один год вместе, а Емуш, как бы он не сходил с ума, – все равно люблю его.
Или как Мартин Иден познакомил нас со Скулом – сначала мы друг друга ненавидели в интернете, а в жизни стали корешами.
Братан, тебе там лучше, я уверен. Нашу демку, как и все твои коллеги, которые хайпили на твоей смерти, выкладывать не буду – никогда.
А Андрюха Эхо Прокуренных… эх, пиздец.
К чему это всё? Для кого-то это были голоса в плеере, для кого-то – живые люди со своими историями, мечтами, интенциями.
Рыночные отношения сегодня предлагаю сменить на кого-то из этой диаспоры.
Рапапапм.
Подполье не трогай – для меня это мерзко.

Сто лет одиночества… или сто персонажей, которых невозможно запомнить по именам, но каждый из них имеет свою ёмкую историю в виде клубка мазафаки, который, вместо того чтобы распутываться, живёт по своим законам в мире магии. Образ самой фразы «Сто лет одиночества» всегда привлекал меня и казался одновременно безумно стильным и философским. Всего три слова, но они были пропитаны прищуром старика, закуривающего трубку на закате, сидя в поле под деревом, выпускающим дым ароматного табака куда-то в бесконечно метафизическое. «Бесконечное одиночество» Андрея Бледного (гыгы) всё-таки ближе к экзистенциальным кризисам Камю, а «Сто лет одиночества» — пристёгивайтесь, тебя ждёт запутанная притча. Ещё одна вещь, которую я хорошо помню из прошлого, связанная с этим романом и автором, — это смерть Маркеса, относительно недавняя. Он умер в 2014, и в воспоминаниях свежо, как полки книжных сразу заваливаются книгами его авторства и главным романом его жизни. Не каждый день замечаешь, как работает тезис, что издатели всегда прекрасно продают авторов и музыкантов после их смерти. Литературные классики в данном контексте выглядят эпичнее и монолитнее, чем мёртвые рэперы. Это к вопросу о том, что фастфуд-культура забывается быстрее. Примечательно, что экранизация, которую упомянем сегодня, тоже стала возможной только благодаря смерти Маркеса. При жизни аппрув не был получен, дабы не проебать, как считал сам автор, ту самую долю «магического реализма».По классике, я не буду углубляться в детали сюжета, но есть три главных момента. Тема архетипов. На протяжении романа архетипы шаманов сменялись войнами, воинов меняли учёные, учёные уходили в тень перед служителями, те уступали своё место странникам, странники уходили в забвение, приходили барды, барды на горизонтах отдавали своё внимание правителям, последние растворялись в бунтарях и так далее. Каждый персонаж, которого абсолютно невозможно, как я уже упомянул, запомнить по имени (потому что всех называют либо в честь отца, матушки, деда или дяди, а ебаться и делать детей в этой большой семье очень любят, иногда даже друг с другом), — это отдельный архетип. Архетип притчевый, мифологический, магический, глубинный, а не на волнах психоанализа. Чуз йо файтер, и не того, который самый мощный, смелый, ебкий, а того, кем ты являешься на самом деле в перспективе быстроменяющегося мира. Второй момент, та самая плоть реализма, по венам которой, органично течет магия, без лишнего напора, так как будто твоя бабка цыганка только что наколдовала ливень среди двадцатиградусного мороза. В моменты, понимаешь, что у этих чудес есть свои функции. Автор не бредит. Лёгкий язык и фирменный юмор. Зачастую даже чёрный. Хоть и инонгда читать эту эпопею — это как по пиздючеству случайно включать южноамериканские сериалы по Первому. Чем новая экранизация, кстати, и является на первый взгляд, но в целом смотрелась интереснее, чем половина хери, что сейчас выходит. Может и выглядит незаконченной и ждёт второго сезона (финал сериала не рассказал основные моменты финала романа), но, безусловно, качественная и самобытная.

​​Еще через пару месяцев я съеду, буду жить в самом центре Белграда, как раз в трех минутах ходьбы от Студенческой площади, откуда мы загружались обычно после кабаков. Совершенно другая глава жизни в городе. К чему эти воспоминания? Всплыл недавно один психоделический инстаграм сербский. Не знаю почему, но они любят делать коллажи из фоток своих блоков и спальных районов, общака и прочего убран депрессива и сюжетов морских пейзажей. Получается абсолютная психопатика. Но лично для меня — глубокая и меланхоличная психопатика, которая культивирует мое беспокойство уже ту самую не первую декаду лет. Мы выросли в говне, блоках, спальниках, но все равно грезим теплым морем, белым песком и покоем. И вот я наткнулся на фото именно нашего троллейбуса 28. С подписью на сербском: "Zvezdara – More – Slobodni Studenski Trg." Поиск по-прежнему продолжается. В минуты покоя я вытаскиваю из подсознания эти зарисовки, успокаивая себя, что это не конец. Вспоминаю и отстреливаю рефлексией те самые моменты, которые никогда бы не смог осознать на месте. Глобальный покой не обеспечен. Взгляд в будущее на маршрут от блока до моря, даже если когда-то придется вернуться в блоки. Перестать искать себя — к сожалению, личный диагноз - потеря себя. Минуты покоя хоть и даются легче, но в глобальной перспективе выглядят самоубийственно. Лишь бы ехал новый маршрут троллейбуса через запоминающиеся чекпойнты за окном.

Как ни крути, худлитература видится мне бултыханкой из авторских воспоминаний, отстрелов рефлексии, фиксированием моментов в настоящем, возможном будущем и, прежде всего, ностальгическими катарсисами прошлого, которые они пришивают своим героям и описываемым событиям с разной степенью завуалированности и успешности. Позволю себе погрузиться сегодня в небольшое рефлексивно-ностальгическое плавание, алсо. Пусть это будет оформлено в ненавязчивый мини-рассказ.
Троллейбус 28. Студентски Трг до Звездары. Меня нельзя назвать спокойным человеком. Меня нельзя назвать человеком, который любит находиться в состоянии покоя долгое время. Хотя так было не всегда. Еще в 17-18 лет я и представить себе не мог, что уеду куда-то жить дальше родного провинциального города Т. Максимум — в соседний район, жить жизнь одному или уже со своей собственной семьей, но не теряя из виду отчий дом. Однако, как это часто бывает с поистине беспокойными людьми, неприятие определенных зарисовок личностного и внешнего краха нарушает скромное обаяние окружающей буржуазии, и начинается поиск. Метрополисы меняют друг друга — Москва, Петербург. Тройки и пятерки годовых календарей остаются позади. Многие страны уже откатаны, но ты до сих пор не думаешь о том, что мог бы жить в другой стране. И вот уже Кипр, а затем Сербия.
Сербия с троллейбусом маршрута №28, который везет тебя по всем значимым точкам Белграда, а заодно — по маршруту собственного метаанализа, по маршруту твоего беспокойства, которое уже давно перевалило за декаду лет. Мы слышали в своей жизни миллион раз: живи моментом, наслаждайся, будь счастлив. Однако даже уже малышки из рилсов догнали, что осознание момента приходит только послевкусием. Догоняет приходом второй или третьей волны.
Летний вечер, нереально душно даже по белградским меркам, солнце уже давно завалилось, город окутал ночной мрак, но градусник держится в районе 28. Вы после баров и скамеек в парках ползете на конечную остановку троллейбуса 28 в самом центре города — Студенческая Площадь. Тебя окружают соотечественники, которые вряд ли бы стали твоими близкими друзьями дома, однако, дабы совсем не ебнуться головой, ты выстраиваешь социальные связи с тем, что есть.
Троллейбус забивается полностью. Противоположной конечкой является Звездара — спальный район на другом конце Бгд. Маршрут тянется через весь центр, однако сворачивает в неочевидных местах и идет параллельно основным артериям города, через кварталы, утыканные многоэтажками. Вот мы проезжаем Ботанический сад — тут я снимал комнату первую неделю, пока искал квартиру и отходил от ахуя предыдущей депортации. Встречал непонятных людей на улице, которые пытались меня либо завербовать, либо притянуть в секту. Выходить я буду, не доезжая пары остановок до конечной. Надо подняться пару кварталов пешком, и вот я дома на границе старого района Врачар и уже вышеупомянутого спальника. Чабура. Тут у меня подрезали деньги на баскетбольной площадке, где позже я оброс знакомыми сербами, все на той же баскетбольной площадке в процессе баскета.

Точно знаю, что в этом чате есть люди, которые ждут от меня пару слов с наступающим, как мы ждали от Борис Николаича в 96. Со времен репа, есть такая хорошая, старая традиция поздравлять людей, с кем мы вроде и как бы не рядом, но путем творчества, пабликов, все же связь держим. Для меня главной находкой в 2024 было то, что смыслы рожать не надо, они сами появляются. Космос не дурак, он все сам видит и знает, без кармических отступлений. Всем, кто сейчас не дома, возвращайтесь живыми. Тем кто недалеко от дома, зайдите к семье перед тусовками. Кстати за 34 года я только 1 раз в своей жизни, в силу жизни в другой стране, встречал куранты не с семьей. Поздравьте всех с кем может были конфликты. Добро всегда возвращается. Обнял, друзья, сил найдем если, то может и споем что-нибудь в 25! С Новым!

Нет угла на этом белом свете милее, чем родной дом. Че там, праздники чувствуете?

Легендарные ребята на одном фото

​​Я бы мог грузить сюда свои душевные (душные) переживания и прочий щитпостинг, кое встречается повсеместно у твиттерских и прочей тредс пиздобратии, но я очень люблю подписчиков своего уютного анедграуд лобби, ценю и оберегаю их, поэтому пишу редко, но по делу, по вдохновению, по наитию, чтобы ты, читая текст, пережил какие-то эмоции и чуть-чуть погрузился в мой мир. Сегодня повод для экзистенциальных исканий присутствует в виде наступления 34 лет на моем календаре. Среди последней пятилетки личных и мировых пертурбаций, он выдался пиздец каким спокойным. Если бы я снимал рилсы, мог сейчас со сложным ебалом в склейке монтажа о лучших моментах вещать свою житейскую мудрость, о том, что я пережил, куда иду, кто меня окружает, какие цели и прочую ебланину для интернет юзеров. Я не просыпался в 5 утра на протяжении 300 дней, я не отказался от вредных привычек, отсвечивая ебалом каждый день в формате “день 36”, я не призываю радоваться каждому дню и принимать его с улыбкой. Мне кажется на фоне всех этих позитивчиков, мы стали забывать главную истину, что мир нихуя не гостеприимное место. За экраном телефона всегда есть смерть, грязь, сумасшествие и глобальный пиздец. Как личный, так и внешний. Так же жизнь не должна ебашить фонтаном событий каждую неделю брызгами шампанского в лицо, где ты в центре кадра, и все тебя любят. Покой это не пустота, покой это путь, покой это топливо, что было че заправлять в огнемет в нужные моменты. И как сейчас принято рассасывать на тему СДВГ - это не синдром, это моя жизнь, в которой я иногда пытаюсь успокоиться. Кризис среднего возраста не предлагать, мы уже всеми активностями, характерными для него успели позаниматься, ну почти… Всех обнял. “Притуши, звук, братан, орет так, что я себя не слышу.”

Буфет Вещает pinned «Спустя семь лет ведения этого канала, пускай даже и с разной интенсивностью, сегодня, наконец, настало время написать небольшой пост-интро, как и обещал. Благо, повод у нас есть довольно приятный, в частности для меня и некоторых подписчиков — я уверен, тоже.…»

Спустя семь лет ведения этого канала, пускай даже и с разной интенсивностью, сегодня, наконец, настало время написать небольшой пост-интро, как и обещал. Благо, повод у нас есть довольно приятный, в частности для меня и некоторых подписчиков — я уверен, тоже. Как говорил ранее, некоторые люди оказались здесь, изначально не зная моего бэкграунда, а некоторые старички удивлялись, с чего это я стал так много писать про книги. Но обо всем по порядку. Я — Федя Буфет. С середины 2010-х годов с разной степенью успешности и активности я занимался своим музыкальным проектом, который получал отклик в сердцах разных групп людей. Основным референсом и идеей были гимны молодости, путешествий и специфического экстрима, который иногда окружает посещение футбольных матчей. Мы записывали альбомы, выступали во многих городах ЦФО и не только, даже как-то пели на Кипре — короче, развлекались как могли.
Параллельно с этим на футбольных и не только выездах пробивались страны Европы и других континентов. Жизнь кипела, как масло, которое плещется из сковородки и прожигает кожу на руках. В большинстве путешествий писались дневники — многое можно найти, полистав ленту тут, а то, что выливалось в большие графоманские пласты, когда-нибудь, может быть, я соберусь с мыслями и опубликую в нормальном формате. (Был, кстати, даже один полноценный художественно-литературный опыт — кто застал, тому респект.) Благо, рассказывать есть о чем: не одними футбольными выездами были живы в плане путешествий. Помимо музыки еще писали уйму хуюйму стихов и всякой ереси, но не Хоруса; однако синдром т.н. самозванца не позволил довести многие проекты до конца. В конечном итоге все настолько заебало, что мы тормознули с музыкой, отплясали последние концерты где-то в 2020 году и ушли на покой.
Какого хера тут так много про книги? Много ли я читаю сейчас? Наверное, нет, но во времена прекрасного получения моего не самого прекрасного высшего образования на филологическом факультете пришлось немного почитать, пописать, поанализировать. Поэтому несколько раз в месяц ко мне приходит озарение, и начинается “Буфет Вещает”. Когда-нибудь мы добьем этот канал до косаря, когда-нибудь я буду рассказывать более активно о странах, в которых успел пожить, местах, где успел побывать, и хуйне, которую успел наисполнять, ну и т.д. Но это будет чуть позже. Вам спасибо, что остаетесь со мной — обещаю не пропадать!
Ну а теперь небольшая новость: я собрал старую дискографию и загрузил ее на Яндекс.Музыку. Теперь, наконец, можно сказать: “Алиса, включи Молодость и города”.
https://music.yandex.ru/artist/7249644?utm_medium=copy_link
На связи…

​​Я думаю, надо как-нибудь написать пост интро, чтобы раскидать как-то концепцию этого канала, ибо не все новенькие понимают, откуда всё это началось, а старенькие частенько отписываются, думая, че нахуй тут за литературный блог. Но это будет не сегодня. Сегодня давайте представим, что твой кореш подсел к тебе в баре, отмахнул бармену лагерок, впитал полбокальчика залпом и молвил: “В целом, художественная литература — переоценённый таймкиллер, но тут на днях всплыло обсуждение следующего чтива… Флориан Иллиес. 1913. Лето целого века”. Как-то внезапно она хайпанула и влетела в обсуждения и на полки в книжные пару лет назад, и если есть, допустим, жанр научпоп, то тут это такой исторический научно-популярный альманах про то, как невъебенно всё пересеклось между собой в культурно-историческом дискурсе на пороге Первой мировой. Это когда ещё все были дохуя философствующе-эстетствующе-гуманными, а Гитлер так вообще картины ещё рисовал, и Верден не вызывал ассоциаций с кровавой бойней. Красивый и прекрасный “Гранд Отель Будапешт”, который собирает все знаковые личности из мира искусства, политики, философии, науки, отображает их в неких, казалось бы, совершенно фантастических переплетениях, а ты сидишь и прогружаешь, реальность ли это или фантазия автора. Эпоха 1913 года — это когда в Вене в кафе "Централь" могут пересечься одновременно уже вышеупомянутый Гитлер, Сталин, Троцкий. Исторический факт, что все они действительно были в столице Австро-Венгрии в это время, но виделись ли они друг с другом? И тем более знали ли, какая историческая судьба им уготована? Вряд ли. Или продолжая тему Вены, где эрцгерцог Франц Фердинанд катается спокойно по улицам этого прекрасного города (реально красивого, отвечу) на своём автомобиле, который, вполне возможно, обслуживал молодой Броз Тито (некоторое время действительно работал в качестве слесаря-автомеханика в Австро-Венгерской армии). Позже Тито возглавит Югославию. Факт смешивается с городской легендой, вымыслом автора или просто околофольклорной байкой. За этот год 1913 воруют "Мону Лизу" из Лувра, Кафка пиздострадалит прямо как ты, когда тебя бросила девушка (понятен архетип его последующих читателей), опросник Пруста ещё не цитирует в своих передачах Познер, но Пруст уже тогда страдает жёсткой неврастенией, пытаясь переписать свои работы 10 000 раз. Фрейд и Юнг ведут молчаливую войну, как отец и сын. А мой любимый Юнгер сидит в парнике у себя дома, закутавшись в одеяла и шапки, имитируя африканскую жару, прежде чем сбежать в Легион. Жалко, автор не дотянул тут параллель, я лично бы придумал пару товарищей по Французскому легиону, которых он нашинкует позже где-нибудь на Западном фронте. В книге ещё будут десятки имён, которых даже мне было впадлу лезть гуглить, но в целом это вполне себе интересный учебник истории перед началом упадка старой Европы. Голову Парфёнова можете представить, который говорит: “Это программа Намедни, давайте вспомним, каким был 1913 г.”

​​Лето за спиной, а впереди, на низком старте, осенний сплин, который прокрадывается сквозь мглу туманного утра, ровно как и космический ужас, который прокрадывается сквозь мглу безумия к персонажам нашего сегодняшнего автора. Если я скажу, что существует писатель, отсылки, прямые или косвенные, к которому можно найти в сотнях различных продуктов сегодняшнего медийного масс-маркета: кинематограф, книги, компьютерные игры, комиксы и мультфильмы. Однако вы не найдёте ни одной достойной экранизации с оригинальным сюжетом автора, но тем не менее это самая базовая база в мире хоррора и фантастики. А как мы помним, знание базы позволяет чувствовать и формировать вкус более полно, знакомясь с явлениями, которые мы получаем на выходе, созданными под влиянием базы. От Стивена Кинга до DOOM и Quake, от «Настоящего детектива» до Бэтмена, от Скуби-Ду (разброса ради) до бесконечных упоминаний непонятного Ктулху в десятках мультиков и фильмов, особенно в хоррорах и фантастике. В конце концов, от создания самой концепции вселенского ужаса до космицизма, где настоящий мрак — это то, что находится за пределами сознания человека. Сегодня говорим о Г. Ф. Лавкрафте. Начну с формы, которая в своё время очень сильно облегчила для меня знакомство с данным субъектом: купив сборник рассказов и повестей, вы гарантируете себе погружение в его миры. Однако можете читать их в рандомном порядке, а отсутствие монументальных многостраничных романов позволит поддерживать интерес, знакомясь с законченными сюжетами в небольших форматах.«Хребты Безумия»: я до сих пор сокрушаюсь, почему не сделают достойную экранизацию. Отсылки к этой истории есть в современных фильмах, типа «Прометея», однако уникальный сюжет достоин топовых рейтингов. Представьте себе экспедицию, которая отправляется на заре первооткрывателей покорять Южный полюс. По пути у членов экспедиции начинают протекать крыши, а в конечном итоге они находят остатки древней цивилизации, которая никогда не хотела быть найденной. А далее начинается вселенский пиздорез, который намекает на главную линию всех произведений Лавкрафта: человек стремится к бесконечным знаниям, но есть знания, к которым он ещё не готов, да и не готов в принципе. И вот там-то, за тонкой гранью, начинается такое плющевало, что лучше бы мы хуярили друг друга палками и валили мамонтов, а не лезли туда, где нас не ждут. Та же идея и с наукой («Реаниматор»), и с культами («Зов Ктулху»), искусством («Модель для Пинкмана») и в целом с любой сферой, которая может уводить в потаённые коридоры ужаса. Да и сам ужас сформулирован в его работах как вещь очень психологичная, на грани физики и метафизики. Человек тупо сходит с ума, потому что он не может понять то, с чем сталкивается. Пантеон существ и древних богов, самый упоминаемый из которых — это Ктулху, пожалуй, задал тренд на продуманность миров и лора среди фантастов и хоррор-мейкеров следующих поколений. Как и многие фантастические работы, уникальная концепция ужаса выводит наш разум, вполне себе мирской и обывательский, на уровень осознания безумства и мистицизма, который улыбается нам из космоса и может быть вполне себе научным, хоть и в довольно исковерканных интерпретациях.

Антихрупкость или бывает ли ошибок в жизни слишком много? Давно не писал сюда текстов, событий стало меньше, книг, которых хотелось бы проанализировать тоже, Сербия за окном сменилась на родной город на Неве, творчество спит в непробудной коме, однако в этот июньский дождливый день я заставил себя, наконец, сесть и написать то, что крутится в моей голове уже не первую неделю. Есть такая, сколько и замечательная, сколько и неоднозначная книга Н. Талеба “Антихрупкость”. Сильная сторона этой книги, несомненно, сама концепция этой Антихрупкости. Если честно, меня дико бесил сам термин, его мелодика, звучит как название альбома эмо-группы 14-летних сыкух. Однако, сам концепт является прямым отражением моей жизни, который я сформулировал еще давно, до того как прочитал эту книгу. “Там где хаос, мы чувствуем себя как дома.” В двух словах, концепт антихрупкости выражается в том, что без принятия неправильных решений, стрессовых ситуаций, ошибок, решений проблем, у человека или явления вырабатывается чувство т.н. хрупкости, то есть реакция на последующие возможные трудности или личностные ошибки становится более критическая, а ущерб в разы больше. Параллельно, уже для себя, бьется личный вопрос, учиться на опыте своем или опыте чужом. И тут Талеб не то чтобы, дублирует знаменитое интервью Тарковского, но именно в этой идее немного подыгрывает тому тезису, что эмпирический опыт никогда не будет заменен опытом стороннего субъекта. Мы можем видеть бесконечное кол-во раз ошибки наших отцов, друзей и тд, но пока мы сами не переживем их, это не будет иметь смысла. И вот как раз в антихрупкости продолжается эта мысль, что кол-во ошибок пропорционально твоему опыту и умению на них реагировать. В конечном итоге автор оперирует это тем, что надо найти баланс, чтобы ошибки не утянули тебя на дно, но всегда держаться подальше от центризма, избегания этих ошибок и проблем. Лично для меня эта мысль была и остается актуальной, я смог применить ее, как минимум, в своей деловой и рабочей жизни, сейчас это некий скилл, который позволяет тебе не бояться обосраться по рабочим делам, когда ты знаешь, что такой риск есть. Решения с переездами и сменой локации, ты знаешь, что будут ошибки, но ты уже не ссышь их проявления. Пожалуй, самым сложным аспектом, в этом плане, до сих пор остается личная жизнь, тут ошибки не приводят пока ни к чему, но никто и не говорил, что это будет работать универсально. Книга может показаться немного инфоцыганской на момент 2024, потому что, я уверен, вы видели 10000000 рилсов, которые транслировали эту идею в своей подаче, но в оригинале концепция открывается по новому благодаря прекрасным примерам. От себя отмечу, единственное, что заставляет тебя устать при чтении это некая цикличность и постоянное возвращение к основному тезису. Но ради последующего витка параллелей, ты продолжаешь вникать в мысль автора. Короче, не ссы обоссать штаны когда уже ссышь против ветра, в след раз чуйка подскажет тебе его направление.

​​Весна. Второй год подряд весна влетает в мой календарь довольно незаметно, от чего многие чувства, которые обычно сопровождаются этим сезоном, ощущаются не так ярко, не так обостренно. Мы прекрасно знаем это внутреннее состояние, когда февральско-мартовские катаклизмы, кажется, выжимают из тебя последние силы к существованию, ты на грани, но приходят первые теплые дни, солнце еле заметно начинает выдавать что-то похожее на тепло, а на асфальте под ногами появляются заветные сухие куски. Ты выдыхаешь с мыслью: “перезимовали, за-е-бись”. Весна в Сербии совсем нетипичная, начинается 20-22 марта, в дни весеннего равноденствия. В этом году февраль качал полмесяца аномальными 16-20 градусами. Сейчас небо над Белградом затянуло тучами, впереди дождливые недели. Кстати, в прошлом году, я дико прозрел тут от мая, всегда думал, что в Питере много осадков. Дождь шел 23 из 31 дней. Природа тут оживает довольно быстро, благо нет сильных морозов, дабы убить ее окончательно. Вишни и магнолии уже в цвету, а изумрудный оттенок травы как бы намекает, зима тут существует, плюс-минус, для галочки. Месяц полноценного цветения для местных широт это апрель. Надеюсь успеть зацепить его где-нибудь в деревенских пейзажах, ибо внегородское пространство это история совершенно отдельная даже для самих сербов. Думаю, что получится отыскать какие-нибудь ярмарки и фестивали, чтобы создать атмосферу развеселого погружения. На Кипре, кстати, в это время прилетает пора карнавалов и недель всяких праздников живота перед Постом. А Пасха там отмечалась мощным фестивалем костров. В Сербии я помню только годовщину начала бомбёжек со стороны НАТО в 99, ибо, когда был тут первый раз в году 15-16, дай бог памяти, был свидетелем митинга в центре Белграда, где люди жгли фаера на центральной площади, буянили немного против европеизации, фак НАТО и тд, выглядело так все довольно колоритно. В конце марта, в этом году будет 25 лет, кстати. Дата для Сербов важная, хоть и трагическая. На этих выходных планирую посетить дерби ЦЗ-Партизан, ради общего развития. Надеюсь это будет ярким воспоминанием этой сербской весны. А то хуйли, в Сербии живу, а такой мячик и не посетить, хоть и обе команды для меня совершенно далеки. Ждем атмосферу.