Выход был только один – заказать чертеж кому-то из знакомых, поднаторевших в этом недоступном для меня ремесле. Помощь пришла неожиданно. Мой товарищ по шахматным баталиям мастер Эдуард Барковский взялся за весьма умеренный гонорар перенести на ватман требуемый проект виртуального производства, существовавшего только в моих теоретических выкладках. В назначенный день внес я как драгоценную реликвию, созданную Мастером, в кабинет профессора Федотьева. Мой руководитель восседал в кресле за своим рабочим местом с неизменной папироской, зажатой между пальцами правой руки.

– Добрый день! Дайте мне вашу объяснительную записку, а чертеж разверните вот там, – и Николай Павлович королевским жестом указал на старинный дубовый стол, расположенный в дальнем углу у окна. Пока я удерживал постоянно пытавшийся свернуться в трубочку огромный лист ватмана, профессор внешне поверхностно перелистывал мой опус. Но стоило его опытному взгляду заметить в одной из приведенных величин непривычную, а потому несомненно ошибочною размерность, как сразу последовало:

– Вы знаете, такой размерности не бывает! – и он ткнул в мою формулу погашенным “Беломором”. – А так, в целом, у меня претензий к Вашей работе нет.

- А как же чертеж? – неосторожно промолвил я?

– Можете его свернуть и сдать на кафедру.

Труд моего шахматного коллеги так и остался невостребованным. Возможно он и поныне пылится где-нибудь в институтском архиве. С удовольствием посмеялся бы над этой историей вместе с Эдиком Барковским, но к несчастью его уже много лет нет в живых.

Геннадий Несис "Вернуться в прожитую жизнь"