Новое в религиозной политике Южной Осетии

И.о президента Южной Осетии Марат Камболов, меж тем, сделал важный символический жест, говорящий о понимании внутренней ситуации в республике: посетил цхинвальские храмы обеих юрисдикций.

То есть, и старостильной Аланской епархии, и РПЦ.

Встретился в один день и с епископом Симоном (Гаглоевым), и с иереем Сергием Кокоевым.

Всем предыдущим руководителям РЮО не удавалось сохранять равноудалённость в церковном вопросе: Анатолий Бибилов делал ставку на РПЦ, Алан Гаглоев, наоборот, пусть и неявно, благоприятствовал "аланам". В результате церковный конфликт, и без того раздирающий маленькое юго-осетинское общество, де-факто искусственно подогревался властями. Церковь стала местом поиска "иностранных агентов" и фактором разделения народа (учитывая связность Южной и Северной Осетий, в конфликт был вовлечён практически весь осетинский народ, включая московскую диаспору).

Важно: с точки зрения мирового православия, Южная Осетия формально до сих пор принадлежит юрисдикции Грузинского Патриархата. Митрополит Цхинвальский Исаия (Чантуриа) проживает в приграничном посёлке Никози с грузинской стороны и не посещает свой кафедральный город. Местное осетинское население крайне негативно воспринимает его фигуру и в целом грузинскую иерархию - память об их участии в грузино-осетинском конфликте и в войне 2008 года ещё очень сильна.

При этом ГПЦ при новом патриархе Шио III явно перешла к более агрессивной реваншистской риторике в отношении "оккупированных территорий" (так на политическом языке современной Грузии продолжают называть Абхазию и ЮО), что фактически блокирует решение абхазского и юго-осетинского церковного вопроса в каноническом русле в обозримом будущем.
ГПЦ не желает ни ставить епископа-осетина (что, впрочем, всë равно не устроило бы местных жителей), ни передавать местные храмы под управление РПЦ, ни поощрять создание особой Аланской Церкви.

Единственный разумный выход для властей РЮО - действовать в интересах собственных граждан и собственных священнослужителей, вынужденно оказавшихся в "канонических заложниках" у Грузинской Патриархии (ГПЦ настаивает, что все священнослужители, служащие в Абхазии и ЮО, кроме еë собственных, находятся на этих территориях незаконно и подлежат лишению сана).

До сих пор попытки предшественников Камболова "навести порядок" в местных церковных делах исходили из стремления создать в республике единую Православную Церковь и унифицировать управление местными храмами. Однако последнее сегодня априори невозможно как из-за грузинского фактора, так и из-за различий богословского характера (Аланская епархия, объядиняющая большую часть христиан в республике, принадлежит к греческому старостильному течению, которое более консервативно, нежели ГПЦ и РПЦ, в частности, в вопросах экуменизма; любое объединение, таким образом, подразумевало бы уничтожение или поглощение одной из сторон).

Камболов, таким образом, дал понять, что не будет "ломать через колено" местных православных и не пойдёт ни по первой накатанной колее (пытаться встроить территорию РЮО в РПЦ, "закатав в асфальт" всë якобы "неканоническое" и "ликвидировать раскол"), ни по второй (делать ставку исключительно на "национальную Церковь").

Для полного соответствия нормам светского демократического государства не хватало, впрочем, встречи со священником Грузинской Православной Церкви архимандритом Антонием (Чакветадзе), служащим в Ленингоре, и признания того факта, что грузинская православная традиция, несмотря на соучастие руководства ГПЦ в геноциде осетинского народа, тоже является для Южной Осетии исторической.

✅ Подробнее о религиозно-политической ситуации в Южной Осетии - в материале медиапроекта "Стол":
Меж трёх церквей

✅ О попытках урегулирования юго-осетинского церковного вопроса в воспоминаниях митрополита Леонида (Горбачёва) - здесь.

✅ О позиции митрополита Цхинвальского в юрисдикции ГПЦ митрополита Исаии (Чантуриа):
"Если б Исаия стал у нас патриархом..."

✅ О церковной ситуации в Абхазии:
Православие с абхазским лицом

Видео - официальный канал Марата Камболова