Прогноз МЭР разошелся с национальными целями

Сентябрьский прогноз Минэкономразвития на 2027-2029 гг. – основа бюджета на три года вперед. При этом интересно, что горизонт прогноза заканчивается за год до 2030-го, контрольной точки указа Президента о национальных целях. Сами национальные цели в документе упоминаются многократно, но, надо сказать, без прямых сопоставлений цифр из прогноза с целевыми показателями из указа. Однако же сделать это несложно, а вывод получается довольно однозначным: при заложенной траектории ключевые показатели цели «Устойчивая и динамичная экономика» к 2030 г. не достигаются.

🔸Рост ниже среднемирового – в каждом году прогнозного горизонта. Указ требует, чтобы ВВП рос быстрее мировой экономики, а Россия не позднее 2030 года вышла на четвертое место в мире по ППС, в том числе за счет роста производительности труда. МЭР закладывает 0,6% в 2026 г., 1,4% в 2027 г. и не выше 2,4% к 2029 г. МВФ ждет роста мировой экономики на 3,0% в 2026 г. и на 3,4% в 2027 г. За два года мир прибавит около 6,5% – примерно столько же, сколько российская экономика, по прогнозу МЭР, за четыре. Четвертое место по ППС, возможно, и удастся удержать, но за счет стагнации Японии и Германии, а не собственной динамики.

🔸Инвестиции: вместо +60% – около +35%. Цель указа – к 2030 г. нарастить инвестиции в основной капитал минимум на 60% к уровню 2020 г. Прогноз МЭР дает -5,4% в 2026 г., затем 0,2-3,0% в год. Вместе с фактическими данными Росстата за 2021-2024 гг. это означает, что к 2029 г. прирост составит лишь около 35%. Чтобы выйти на цель, инвестиции в одном только 2030 г. должны вырасти почти на 20%. Более того, уровень 2029 г. окажется на 2,2% ниже уровня 2024 г. Еще в мае министерство обещало, что спад 2025-2026 гг. будет компенсирован по итогам 2028 г., но в новой версии прогноза этого тезиса уже нет.

🔸Рост без людей и без капитала. Безработица в прогнозе держится на 2,3%, занятость за 2026-2029 гг. почти не меняется. Значит, весь рост должна обеспечить производительность, как и предполагает указ. Но она прибавляет за четыре года лишь около 6,2%, примерно 1,5% в год: без инвестиций ей неоткуда взяться. Структурные цели тоже вне досягаемости. По указу, несырьевой неэнергетический экспорт к 2030 г. должен вырасти не менее чем на две трети к 2023 г., а весь ненефтегазовый экспорт в прогнозе за 2025-2029 гг. прибавляет около 12,3% в реальном выражении. Ближе всего к цели обрабатывающая промышленность (цель: +40% к 2030 г. по сравнению
с 2022 г., прогноз: +35,6% к 2029 г.), но во многом благодаря рывку 2023-2024 гг. В 2026 г. она вырастет по прогнозу лишь на 0,6%.

🔸Основные проблемы – на стороне предложения. Из параметров прогноза становится понятно, почему инвестиционная пауза затянется: сжимаются все источники финансирования инвестиций. Отношение прибыли в ВВП снижается с 19,2% в 2025 г. до 17,3% в 2027 г., норма сбережения населения – с 16,6% в 2025 г. до 7,5% к 2029 г. Капитальные товары дорожают опережающими темпами: дефлятор инвестиций составит 12% в 2026 г. и 9% в 2027 г. Тарифы инфраструктурных монополий для бизнеса растут сильнее, чем ожидалось ранее, и выше показателя целевой инфляции. Дорогой капитал вместе с растущими издержками – те ограничения, которые не дадут экономике расти быстрее мировой.

По сути, Минэк показал: при нынешней конфигурации денежно-кредитной и тарифной политики экономические цели указа о национальных целях недостижимы. Но вывода из этого не сделано. В документе нет ни целевого сценария с другой политикой, ни открытого признания, что цели придется переносить. В итоге бюджет на три года строится на траектории, которая заведомо не ведет к целям, установленным Президентом. Хотя потребность в целевом сценарии, который бы показывал, какие решения по стоимости капитала и издержкам нужны, чтобы в него попасть, явно назрела.

#Минэкономразвития #ВВП #инвестиции #ППС #безработица #ДКП