С живописью не лучше. К 1880-м годам живописных работ насчитывалось 350. В 1897-1905 вышел восьмитомный каталог, составители которого (Wilhelm von Bode, в честь которого музей Боде и называется музеем Боде, и Cornelius Hofstede de Groot, облегчивший ранее существовавший каталог "лучших фламандских, французских и голландских художников" авторства Джона Смита (люди в черном:) от балласта фламандских и французских недоучек, но это так, к слову) оказались настолько щедры, что творчество художника насчитывало уже 595 картин. Но и это, как оказалось, не предел. В 1921 Wilhelm Valentines (тот самый директор музея в Детройте, который ещё заказал фрески Хосе де Ривере) утверждал, что их 711. А уже в 1935 году Abraham Bredius (директор музея в Гааге) решил, что Вильгельм проявил оппортунизм, и сократил число шедевров до 639. "Многовато!" подумал Horst Gerson и в 1968 году сократил каталог Бредиуса до скромных 420. Текущий главный эксперт по Рембрандту Ernst van de Wetering (из Rembrandt Research Project) предполагает, что их 350. Мистика, но вроде мы снова вернулись к тому, с чего начали. Единственная разница в том, что офортов при подсчетах сначала драматически убыло, зато потом прибыло. А живопись наоборот: сначала прибыло, а потом убыло.
Любопытная статистика по Рембрандту: По офортам - подсчёт начали в 19 веке и тогда считалось, что их 376. Но к концу 19 века их стало 71. В 1952 году Ludwig Munz пересчитал, и решил, что всё же 279. А в 1985 Gary D. Schwartz уточнил Мунца и атрибутировал 374. То есть мы вернулись к тому, с чего начали.
История, что Гомер сочинил Илиаду-Одиссею, вдохновившись более ранним сочинением египтянки Фантазия по своей литературности напоминает больше всего историю с несчастным циклопом и Одиссеем. "Кто тебя обидел? - Никто! Никто!" Так и с Гомером: "Кто тебя вдохновил? Фантазия! Фантазия!"
Но вот, пишут в английской Википедии, если смотреть прищурившись сквозь граненый стакан, то можно разглядеть преемственность английского декупажа от народов "Восточной Сибири" по такому маршруту: Сибирь, потом Китай, потом Венеция/Флоренция, а тут и Англия. А всё потому, что в Сибири из войлока делали фигурки для погребальных обрядов. Задолго до разных китайцев. Это тем более удивительно, что я вспомнила, как видела на выставке Пазырык в Эрмитаже войлочных лебедей, имевших отношение к чему-то погребальному. Неужели это они и есть? Прародители декупажа? Как бы то ни было с лебедями народов Восточной Сибири, но подушки по мотивам работ Мэри Дэлани оказались так хороши, что и я не устояла.
Если не ошибаюсь, сейчас эта техника называется немного не-по-английски декупаж (decoupage) и ею увлекаются широкие слои населения. Прищурившись одним глазом, можно заметить сходство с флорентийской мозаикой (правда, там цена вопроса выше: полудрагоценные камни - не бумага), а там, в свой черёд, и с китайскими лаковыми панелями (просочившимися в Западную Европу благодаря торговле Китая с Венецией). Других ассоциаций у меня не возникает.
Я же уже писала, что у меня soft spot к магазину H&m? Они тут выпустили коллекцию вещиц для дома вместе с Британским музеем. Выбрали, в духе времени, Mary Delany - цветочные коллажи на чёрном фоне. Delany - фамилия второго мужа Мэри, а фамилия отца - Баскервиль :), just kidding - Granville, причём обращает внимание, что переделана с непроизносимой для англичан нормандской Grenville. Это скорее о генезисе английской аристократии. Но не будем так далеко отклоняться. Итак, бумажный коллаж, изображающий цветы и прочий гербарий.
Ещё из "зелёного" и, как ни странно, тоже английского, мне вспомнился Констебль. В 18 веке его картины оказались шокирующими, и, к сожалению для самого Констебля, никому не нужными, потому что человек буквально рисовал зелёные пейзажи зелёным цветом. Считалось, что это очень вульгарно. Арт-специалисты так и говорили, поморщившись - "что-то зелёное, какая гадость, унесите". А предшествовавшая Констеблю традиция (итальянская) изображала пейзажи любыми другими цветами, кроме зелёного. Лучше - оттенками коричневого.
Запомнился грустный анекдот (в смысле - история из жизни) о Констебле. Он хотел быть художником, в него никто не верил, в целесообразность работы художником семья верила ещё меньше, но вдруг его поддержал дядя. Взялся оплачивать учёбу в Королевской академии в Лондоне. Но однажды дядя приехал посмотреть, что рисует племянник, после чего принял решение прекратить оплачивать дальше его учебу. Прислал письмо. Перевод не передаст всей stiff upper lip этой английской речи: "it is scarcely suitable for a picture, - писал дядя, - to be shown so raw unless a note be affixed to it, saying that the artist died before he could finish it".
Думаю, что зелёный цвет в этой ситуации не случаен, но это и не чрезмерная неслучайность. Зелёный - дань условности, как и весь жанр этой поэзии: цвет юности, весны, надежды. В общем, без зверств.
Ну а слова вряд ли вообще должны были иметь отношение к кому-то конкретно, это просто условность, схема. Помимо любви, ещё можно было написать о вине. Или о том, что жизнь скоротечна. Или, ещё лучше, всё вместе: жизнь - пшик и нет её, давай же любить друг друга, эй, поторопись, пока совсем не увяла, красотка, но в любом случае - выпьем за то, и за это, но главное за подвиги моего сеньора! В общем, это примерно как рэп: "the arrogant drug dealer, a legend I become, CNN said I'd be dead by 21" - поёт миллионер и кандидат в президенты США.
Вкратце, это итальянский мотив, эволюционировавший в Англии от пьесы для лютни при елизаветинском дворе до Christmas carol со словами. Причём пути их, слов и музыки, переплелись не сразу. Тем не менее, согласно основному мифу, стихи к музыке сочинил талантливый во всем Синяя Борода Генрих 8 (и музыку он же:), так что Greensleeve's Lady - это Анна Болейн. Согласно второму основному мифу, загадочным образом сосуществующему с первым, Greensleeve's Lady это вовсе не леди, а дама наилегчайшего поведения, и вот же смотрите - у неё зелёное платье, значит она валялась на траве, knudge-knudge, wink-wink. Мне кажется, это тот случай, когда обе интерпретации говорят о рассказчиках (англичанах) больше, чем о самом предмете. При том, что вся история Greensleeve's Lady совсем не rocket science, конечно, если не пытаться её объяснить "чисто из себя".
