Опубликовано замечательное определение СКЭС ВС РФ от 11.07.2025 № 306-ЭС24-23083 (2) (дело ООО «Производственная фирма «Инзенский перерабатывающий завод»), посвященное судьбе залоговых прав из налогового ареста в банкротстве. Отдельную радость у меня вызывает его аргументация. Впервые на уровне высшей инстанции признано, что функции залога заключаются как в предоставлении приоритета, так и контроля. Это полностью созвучно с отстаиваемыми мной тезисами (здесь и здесь). Вот эти долгожданные слова:
«Наряду с приоритетным удовлетворением требования кредитора из стоимости предмета залога другая ключевая функция залога состоит в обеспечении сохранности имущества залогодателя и предоставлении залогодержателю механизмов контроля над этим имуществом (пункт 3 статьи 343 и статья 347 ГК РФ)».
Также раскрыты и тезисы о тех функциях залога, которые важны для залогодателя и должника (влияние на доступность и стоимость кредита). В этом контексте коллегия обратилась к правовой позиции КС РФ (собственно говоря, в недавнем посте на AMICUS CURIAE brief именно данную цитату я и приводил в качестве аргумента):
«Сохранение в банкротстве за залоговым кредитором его права преимущественного удовлетворения своих требований перед другими кредиторами связано с существенным влиянием института залога на решение экономических предпринимательская задач. деятельность В рыночной экономике обычно сопровождается привлечением кредитных (заемных) или инвестиционных средств, что требует предоставления надлежащих гарантий кредиторам и инвесторам. Доступность и стоимость кредита (заемных средств) для предпринимателей, а значит, и цена конечной продукции, работ и услуг во многом определяются тем, насколько эффективны гарантии исполнения обязательств, и прежде всего – залог. Именно приоритет прав залогового кредитора, то есть возможность залогодержателя получить удовлетворение за счет заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами, позволяет залогу действенно выполнять свою обеспечительную функцию, защищать имущественные интересы залогодержателя как инвестора, способствовать привлечению инвестиций в разные сферы экономики и, соответственно, ее развитию в целом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 9 апреля 2024 г. № 16-П).
Из изложенного следует, что сохранение за залоговым кредитором приоритетного удовлетворения своих требований из стоимости заложенного имущества в том числе стимулирует развитие гражданско-правовых отношений между участниками рынка. В случае же с залогом, возникшим из наложенного уполномоченным органом ареста, такие задачи не реализуются, поскольку арест осуществляется с целью обеспечения исполнения уже возникшего обязательства».
Хочется отметить, что даже за рубежом на фоне залогового приоритета функция контроля вещного обеспечения нередко игнорируется («As the later discussion of secured-credit efficiency theory will demonstrate, however, priority has been the centerpiece of that literature, and control has been largely ignored». Westbrook J.L. The Control of Wealth in Bankruptcy // Texas Law Review. 2004. Vol. 2. № 4. P. 806). Как видим, в нашем правопорядке это упущение устранено.