Об убытках арбитражного управляющего за бездействие по взысканию дебиторской задолженности

Опубликовано определение СКЭС ВС РФ по делу о взыскании убытков с конкурсного управляющего общества Машстрой Алтунина В.А. (писал о нем выше).

Выводы коллегии настораживают (причем они актуальны не для банкротного, а в первую очередь для корпоративного права).

Первое. Конкурсный управляющий пропустил срок на предъявление исполнительного документа к взысканию. С даты его утверждения (09.12.2021) до даты истечения срока на предъявление (26.06.2022) прошло больше семи месяцев (если верить тексту определения). При этом истец (одновременно бывший руководитель должника и его участник) также в течение длительного времени, а именно с 26.02.2021 до 09.12.2021, бездействовал.

«Из обстоятельств обособленного спора не усматривается, что кем-либо из упомянутых лиц исполнена обязанность по истребованию указанной дебиторской задолженности; доказательств обратного не представлено.
В случае когда последовательно сменявшие друг друга руководители последовательно не предпринимали должных мер по защите интересов общества и тот, и другой обязаны отвечать за причиненный обществу вред.
… В процессе рассмотрения настоящего обособленного спора ассоциация указывала на неисполнение Поздняковым В.В. обязанности по истребованию дебиторской задолженности, несмотря на наличие у него такой возможности в течение длительного периода времени. Однако данный довод судами не проверен».

Выходит, любой руководитель, в чей период протекал срок давности, несет риск привлечения к ответственности за его пропуск последующими преемниками. На этом фоне можно констатировать, что в корпорациях разумный стандарт поведения предполагает предъявление всех исков до прекращения полномочий.

Второе. «Вступление на стороне Позднякова В.В. конкурсных кредиторов общества (Шеиной Н.Б. и Мишина Ю.С.) значения не имеет, поскольку они могли поддержать только те требования, которые предъявлены представителем или участником группы лиц, объединяющих правовое сообщество кредиторов должника. Однако Поздняков В.В. к группе кредиторов не относится. При этом, как указано выше, предъявить корпоративный иск сопричинитель вреда не вправе».

Выглядит сомнительным, что кредиторы лишены возможности поддерживать требования лиц, чьи интересы совпадают с интересами их сообщества. Это бы полностью укладывалось в логику процессуальной экономии. Зачем инициировать собственное требование, если есть возможность присоединиться к корпоративным искам в защиту должника, например? Хотя коллегия квалифицирует рассматриваемое требование в качестве иска сопричинителя вреда, а не кредиторского или корпоративного. Но и здесь нет какого-либо антагонизма.

Третье. Кмк, соблюдение процедуры предъявления исполнительного документа по текущему требованию к несостоятельному дебитору не требуется. Требование уже просужено. Соответственно, арбитражный управляющий дебитора знает о наличии соответствующих текущих обязательств. Сможет ли он их проигнорировать со ссылкой на пропуск срока на предъявление исполнительного документа? Мое мнение, нет.

https://kad.arbitr.ru/Document/Pdf/432e5c13-8c29-428a-a8a0-ea983ac34da4/787b8a16-093d-47e7-83ba-34f51e18c085/A41-86777-2018_20250320_Opredelenie.pdf?isAddStamp=True