Девочки, которые ищут чуть-чуть тепла,
Бледные как подснежники, жадные как щенята.
Их тела - полупрозрачные емкости, годность временно истекла.
Им все больно, все сложно и все понятно
В мире коктейлей с запахом пьянь-травы,
В мире холодных окон холодных зданий,
Новые Евы, Марфы, увы, увы...
Совы, свернувшие сети своих скитаний.
Слово огонь делает их нежней,
Так бы и прыгнули в мягкий приют кровати,
Мирно ютились на кухне, в шарфиках и кашне,
Источали токсичность, рвали цветы и платья.
В каждой замерзшей девочке - злая пасть.
Ненасытная яма, полный аналог Шелоб.
Она хочет сожрать весь мир... Но лучше, чтоб кто-то спас,
Обнял, согрел, позволил вцепиться в шею.
О подобных созданиях как-то писал Гомер,
Но и его высосали до донца.
Замерзшая девочка - вечно живой пример,
Что ни один светлячок не вспыхнет, не станет солнцем.
Голод, хандра и холод, тиски тоски.
Девочка кошкой ложится на свой диванчик.
Бледный как снег подснежник уходит в скит
Между губами распускается одуванчик.