Немолодой татарин, похожий на Шах-Али
Тянет забор по границам своей земли,
Лопатой выталкивает из грядок разрозненные дирхамы,
Те, что когда-то несли на устройство храма.
Минарет возвышается, бел и древен, весьма сердит –
Он не требует никого обезглавить и победить.
Муэдзин поднимается по ступенькам хвалить Аллаха,
Белые голуби облетают башню, не зная страха,
А потом отправляются на колокольню монастыря –
Посидеть на плечах у слепого Василия-звонаря.
Тень баржи разгоняет волны, подымается по Оке.
Воробьиные перебранки, рябина на сквозняке,
Если вслушаться в тишину, то услышишь песню Сююмбике…
Хан Мече озирает владенья с крыши особняка,
Солнце гладит пушистый хвост и лоснящиеся бока.
Неуемные кони развевают по ветру гривы, глядят на тракт -
Вот бы ямщицкой тройкой рвануть с утра,
Разноцветные ленты, колокольчики под дугой…
В этом городе просыпаешься утром – а ты другой.
То купец, то учитель, то нищий, то рыболов,
То летишь с голубями, стаей поверх голов,
Окунаешься в синее, мчишься к солнцу, теряя вес…
Говорят, что чем меньше город, тем больше над ним небес.