«Такие не выживают» - печалилась повитуха.
Ни веса в мальце, ни крика, ни силы Святого Духа.
Мать, верно, гуляла с эльфом, дитя под луной носила,
И счастья – всего лишь счастья – для сына всю ночь просила.

Крестили его у речки, зеленой водой обмыли,
Пятнистые оленухи мальца молоком кормили.
Он рос на холмах тимьянных, играл с тростниковой флейтой,
Плясал босиком под дубом, один на изломе лета.

Его называли Колум, подкидыш, подменыш, морок.
Хозяйки порой жалели обрата и хлебных корок –
Вернутся в загоны козы, заплатим за труд пастуший,
Молчал терпеливый Колум и тишь отдавала стужей.

Дразнились мальчишки: чей ты, где дом и отец и братья?
Не знаешь, как спать в постели, как сеять, сажать и драться!
Где пояс, где плащ суконный, где дедовский тонкий ножик?
Скажи «мемеме», козленок, никто тебе не поможет.

Молчал терпеливый Колум, покорно снося обиды,
Другой бы давно взъярился, побил или был побитым.
А этот играл на флейте, шептался с кустом омелы,
С утра собирал овечек, ночами считал кометы...

Однажды в канун Самайна ветра захрипели дико,
Завыли в домах собаки, взметнулось – и стало тихо.
В деревню явился всадник, одетый в шелка и тени.
- Верните мне сына, люди, раз вы его не хотели!

- Твой сын пастушок что надо, мы с детства к нему привыкли,
Забрать его хочешь – что же, плати нам богатый выкуп.
Колодец избавь от тины, пивные котлы от ржави,
И в цель попади, приятель, с завязанными глазами.

В колодец нырнула выдра, глазами сверкнув свирепо,
И к ночи в воде прозрачной не отразилось небо.
Котлы осадили мыши, скребли и полировали.
Чище и звонче бронзы здесь в принципе не бывало.

Повязка легла на очи, стрела тетивы коснулась,
Затихли мужи и жены, травинка не шелохнулась.
Бубенчик звенит и Колум крадется по краю луга,
Сияют на солнце кудри, ступает стопа упруго.

Вот звон обернулся песней о майских веселых вишнях,
Стрела просвистела тихо, до цели дошла неслышно.
Бубенчик упал на вереск… А Колум к отцу метнулся.
Уехал с проклятым сидом и даже не обернулся.

Шептались потом девицы о рыцаре небывалом:
Верхом на единороге, и шлем с золотым забралом.
И песни страны нездешней струит золотая флейта,
Когда он с холмов приедет, то сразу начнется лето.

Созреют плоды до срока, луга запестрят цветами,
Сердца одолеют грезы и сны отведет мечтами.
Весною родятся дети с глазами синее Бойна.
…Напой мне балладу, Колум, - пусть утром не будет больно.